Осталось...

Tv novelas и не только.Форум о теленовелах

Объявление

Доброго времени суток всем! Добро пожаловать на форум "Tvnovelas и не только"!
Навигация по форуму Стоп кадр Наши активисты

Правила форума


Новости форума


VIP-раздел


Мы в контакте


Проекты нашего форума


Регистрация


СКОРО 72 СЕРИЯ!


    Здравствуй, гость! Для просмотра всех разделов вам необходимо зарегистрироваться

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Tv novelas и не только.Форум о теленовелах » Сериалов России » Дети Арбата (2004) - Россия


    Дети Арбата (2004) - Россия

    Сообщений 1 страница 16 из 16

    1

    1 серия

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/opis1_3.jpg
    Маленький арбатский дворик. Идет дождь, дворник гоняет лужи метлой.
    Слышны звуки танго, несколько пар танцуют в маленьком дворике. Дурачась, танцуют Нина и Макс. Младшая сестра Нины Варька (Ч. Хаматова) с подругой обсуждают танцующих. Варька: "Какой красивый Юрка! Да и Лена тоже." В это время показывают танцующих Юрия Шарока (Д. Страхов) и Лену Будягину. Танцуют они красиво, со значением смотрят друг другу в глаза. "Но знаешь, кто мне больше всех нравится?" Подруга, смеясь, интересуется, кто же. "Саша Панкратов..." Из подъезда выходит высокий красивый парень. Подруга подначивает: "Ну, так пойди и пригласи его танцевать!" Варька подходит к нему, смотрит в глаза и кивает. Саша тоже смотрит на нее, отвечает неопределенным жестом... Тут музыка меняется и народ кричит: "Румба!" Все становятся в круг и начинают танцевать. Во дворик заходит мать Панкратова (Е. Симонова), делает несколько танцевальных движений в паре с сыном и убегает. Народу весело. Они радуются, что их класс оказался таким дружным. Обсуждают, кто кем будет. Саша будет инженером. Спрашивают, кем будет Юрий. Он неопределенно отвечает и убегает вместе с Леной. <p>
    Юра и Лена сидят на скамейке, обнимаются, практически целуются. Лена говорит, что ее отец как раз дома. Они идут к ней домой, Юрий хочет поговорить с Будягиным.
    Будягин(В. Симонов) с интересом смотрит на Юрия и спрашивает, что он хотел. Юрий объясняет, что он заканчивает институт, учится на юриста. Он работал на заводе и знает химическое производство. Хотелось бы по распределению попасть туда же. Будягин интересуется, почему Юра не хочет работать в прокуратуре. Юра рассказывает, что его старший брат осужден за воровство на 9 лет лагерей. Будягин обещает помочь, чем сможет.
    Во дворе продолжаются танцы. Дождь усилился, и компания спряталась в конюшне. Компания взрослых одноклассников что-то бурно обсуждает, Варя что-то пишет на своих ладошках. Начинается новая песня и Варя выкрикивает: "Белый танец!" Парни выпрямились и с усмешкой смотрят на нее. Она подходит к Панкратову, поднимает руки перед своим лицом к себе ладошками и читает то, что на них написано (в вольном изложении): "Я, такая-то, заявляю, что приглашаю вас на танец. Дата. Подпись." Саша поднимает свои ладони на уровень ее. Они разводят пальцы и сквозь них смотрят друг на друга. Потом начинают кружиться в вальсе. Танцуют, глядя друг другу в глаза, продолжают кружиться и в танце выходят на улицу под дождь. Вся компания уставилась на танцующую пару, а им ни до кого дела нет...
    http://frendsbn.narod.ru/arbat/opis1_2.jpg
    В кадре партийное собрание. Рассматривают вопрос об исключении из партии человека, отвечающего за стройку студенческого общежития. Он якобы саботировал строительство. Спрашивают у Панкратова, как у комсорга группы, долго ли они ждали, пока им дадут лопаты. Тот заступается за товарища, говорит, что минут десять. Тем не менее, товарища исключают. Затем переключаются на Панкратова. На лекциях по социалистическому учету он якобы высказался против начитки студентам марксистских идей. Панкратов в свою защиту объясняет, что просто спросил, будут ли им читать курс бухгалтерского учета, помимо политических дисциплин. Его "отдают" на суд комсомольской организации и на этом собрание заканчивается.

    Юра и Лена обнимаются и целуются. Она говорит, что ей неловко все время приходить к нему домой. Он отмахивается от ее скромности и все равно утаскивает в подъезд. В следующем кадре они уже полураздеты, нежности постепенно переходят в бурные ласки. В соседней комнате мама и папа Шарока лежат в кровати и обсуждают происходящее за стенкой. Мама замечает, что на тех, кто "дает" до свадьбы не очень-то женятся. На что отец возражает, что, мол, ты же мне "дала"... А сам размышляет вслух, что как бы чего не вышло. У сына девок было много, но наркомовская дочка – это не игрушки... Затем они улеглись и попытались заснуть, накрывшись одеялом с головой – звуки из соседней комнаты все усиливались...
    Утром Лена уходит, Юра (совершенно обалденно выглядящий в семейных трусах до колена) закрывает за ней дверь. Отец зовет его на кухню и слегка журит, типа, доиграешься ты, сынок! На что сынок отвечает, что знает, чего хочет и уже получил от нее все...

    Саша приходит домой. Мама радостно сообщает ему, что приехал дядя Марк, его сам Сталин вызвал. Дядя оказался довольно приятным человеком, привез Саше в подарок новый костюм. Он изучает все, что связано с тунгусским метеоритом. Подарил Саше 2 камня, они были одним целым, который распилили на 2 части. Говорят про Сталина. Саша спрашивает, правда ли, что Сталин низкого роста и правда ли, что он груб и нелоялен. Дядя дипломатично отвечает, что главное – это политические взгляды, а не личностные качества.

    Сталин смотрит на большом экране фильм о тунгусском метеорите. Дядя Марк тихо заходит в кабинет. Сталин смотрит в экран, взгляд тяжелый и очень страшный

    По улице идут дядя Панкратова и несколько чиновников. Один из них с сильным акцентом (как оказалось, это был Орджоникидзе) спрашивает о разговоре со Сталиным, дядя отчитывается. Затем дядя уже в кабинете Будягина, рассказывает про племянника, объясняет, что тот вовсе не хотел аполитично высказываться и просит помочь ему.

    Шарока в институте вызывают на разговор о распределении. Женщина интересуется его биографией и планами. Юра рассказывает о своей семье, о брате, делая дежурно-жалостливое лицо. Она его упрекает, что он, комсомолец, не смог удержать брата от такой ошибки. Он справедливо возражает, что ему было 16 лет, а брат намного его старше. В ответ получает: "Подумаешь, в войну шестнадцатилетние отрядами командовали!" На сим обсуждение семьи заканчивается. Женщина сообщает, что пришел запрос на него с завода. Мол, все хотят остаться в Москве... А на периферии, в прокуратуре и судах кто будет работать? Он повторяет заученную сказку про любимый завод и знание производства, еще раз напоминает про брата-уголовника, из-за которого у него запятнана репутация. Его отпускают, предварительно сказав, что окончательное решение примет распределительная комиссия.

    Юра и Лена, замотанные в одеяло сидят на кровати и обсуждают предыдущий разговор. Она предлагает снова обратиться к ее отцу, но он не хочет, мол, отец сделал все, что смог. Она начинает фантазировать. Если его отправят в глубинку, то она поедет вслед за ним, не жалея уйдет из родного дома, и они поженятся. Он на ее откровения никак не реагирует, только молча целует в макушку, мысли заняты только собой.
    http://frendsbn.narod.ru/arbat/opis1_1.jpg
    На улице народное гуляние. Друг Панкратова сообщает ему, что их стенгазету сняли из-за эпиграмм. Подходят старшие партийцы и обещают Саше разбирательство.
    В институте устраивают разборки с группой. Все происходит довольно сумбурно и не очень понятно, никто из студентов толком не может высказать свою мысль. В результате сообщается, что Панкратова исключают из комсомола и выгоняют из института.
    Саша ничего об этом не рассказывает матери, каждый день выходит из дому якобы в институт, а сам поворачивает в соседний подъезд и отсиживается день у Нины Ивановой.
    http://frendsbn.narod.ru/arbat/arbat1.jpg
    Панкратов сидит у Нины и читает книгу, периодически рассматривает камни, которые подарил дядя. Приходит из школы Варя и начинает весело рассказывать, как ее пытались обвинить в том, что она пишет на коленках шпаргалки. На что она всем ответила: "Ну, где шпаргалки?!" и задрала платье, обнажив колени. То же самое продемонстрировала Саше, который смущенно одернул ее платье и отвернулся к книге. Затем они беседуют про метеорит, он показывает ей камни. С работы возвращается Нина и набрасывается на Варю (как ты сидишь, что за манеры, Саша, ты посмотри на нее, одни мальчики в голове, что с ней делать и т.д.). Варя слушает долго, видно, что ей перед Сашей очень неловко. Нина ругается, что та вытравила волосы пергидролем, красит губы, в школе ничего не делает. Варя хватает со стола ножницы и молча, с остервенением, обрезает свои длинные косы. (Перед нами предстает Чулпан Хаматова с белыми волосами до плеч и задумчивым выражением лица). Варя долго смотрит на Сашу, потом убегает.

    0

    2

    2 серия

    На заводе бригада разгружает машину, один из грузчиков - Панкратов. Он обращается к проходящему мимо Малову, человеку организаторской наружности, с просьбой дать письменную характеристику. Его выгнали из института и для восстановления назначено заседание в райкоме, нужна характеристика.
    http://frendsbn.narod.ru/arbat/opis2.jpg
    Заседание в райкоме проходит очень бурно. Дама-председатель настроена весьма агрессивно, наехала на парторга института, на Малова, давшего положительную характеристику врагу партии и на самого Панкратова, который пытался рассказать, как все было. Ее совершенно невозможно успокоить и собрание заканчивается ее истерикой. Сашу, естественно, не восстанавливают.

    Веселая компания празднует Новый год. Варя с новой прической – мелкие кудряшки ей очень идут – заносит на блюде огромного гуся, которого сама приготовила. Все рассыпаются в комплиментах ее кулинарным талантам. Рассаживаются за столом. Лена грустная, Юра совершенно не обращает на нее внимание, он очень увлечен соседкой слева: Вика, сестра их одноклассника Вадима, выглядит похуже Лены, смазливенькая, на вид совершенно бестолковая. Максим предлагает тост за школу. Шарок начинает паясничать и иронизировать, мол, давайте, за родную, трудовую, ставит рюмку на сгиб правой руки и картинно выпивает. Нина страшно недовольна его поведением. Еше мимоходом произносят тост за "будущего генерального прокурора Шарока", сопровождая его фразой: "Посадят – спасай!". Объявляются танцы. Все зажигают бенгальские огни и расходятся по парам. Шарок не задумываясь приглашает Вику, Варя танцует с Сашей, Нина с Максом. Лена сидит за столом, смотрит на свой огонек; ее приглашает Вадим. Видно, что она чувствует себя не в своей тарелке. Юра и Вика танцуют, она глупо хихикает, он ржёт, как придурок. Они в танце уходят в другую комнату. Нина взбесилась от столь беспардонного поведения, начинает на них орать, чтоб не шумели, соседи, мол, потом жизни не дадут. Она словно вскрывает нарыв. Вика тупо молчит, Шарок наливает себе рюмку и язвительно говорит, что это "очередная истерика старой девы". Максим кидается на него, Варя тоже, Саша и Вадим пытаются их остановить. Саша говорит, что здесь не время и не место выяснять отношения. Шарок возмущается, что он все время командует, обзывает его генералом без армии, "много ты знаешь, вот и допрыгался". Саша называет его эгоистом и себялюбцем. Они возбуждены до предела, орут, хватают друг друга за пиджаки, ребята их еле удерживают. Лена уводит Шарока и все успокаиваются, но праздник испорчен.

    Саша выходит во дворик, там у ворот стоит его мама. Он пытается ей все рассказать, но она, оказывается, все знает об исключении – ей мать Шарока рассказала. Саша успокаивает ее, обещает, что скоро его восстановят. Выбегает Варя и мама уходит. Далее съемка идет из одной точки, где-то сверху, мы видим весь дворик и силуэты людей внизу. Варя с Сашей остались одни, они начинают танцевать, кружатся в вальсе, напевая сами себе. Она очень трогательная в пальтишке, накинутом поверх праздничного платья и в огромных валенках. Во время танца один валенок улетает и Саша подхватывает Варю на руки. Потом нежно одевает ей валенок. Варя останавливается и говорит: "Саша, знаешь что?.." Он смотрит на нее, она быстро целует его и убегает в подъезд. Он еще некоторое время стоит, потом оживает, подбрасывает вверх свою шапку и ловит ее. Потом бодрой походкой уходит со двора.

    Сосед приходит к Саше домой и предлагает свою помощь в восстановлении. Саша отвечает, что все уже практически улажено.

    Панкратов через секретарей и очередь прорывается в кабинет начальника ЦК, мужчины весьма комедийной наружности [он напомнил мне царя Ирода из фильма "Страсти Христовы"]. Саша объявляет, что его исключили из института. Начальник обреченно просит вызвать всех.

    Софья Александровна показывает Саше, что за ним следят, рассказывает, что соглядатаев трое, как они выглядят. Саша успокаивает ее, он не хочет серьезно относиться к ее словам.

    Заседание в ЦК, все институтские церберы рассаживаются, комсомольцы стоят за их креслами. Начальник оказался на удивление умным и рассудительным человеком. Он посмотрел на стенгазету, посмеялся. Сказал, что друг над другом пусть смеются, чем это плохо! А вот губить парня нельзя, он же будущий инженер, а вы его в грузчики отправили. Приказал восстановить.

    Панкратов с компанией отмечают в ресторации его восстановление. Варька прячется под стол, когда видит вошедшую Нину. Сестры начинают препираться, Нина не хочет, чтобы Варя находилась в подобном месте. Варя, тем не менее, остается – друзья отстояли. За соседним столиком весьма пьяный мужчина начинает приставать к курящей даме. Саша пытается его нейтрализовать, завязывается потасовка. Пьяного быстро выводят, инцидент исчерпан. Саша приглашает Варю танцевать.

    Вот они на улице, во дворе, он держит ее руки в своих. Она предлагает пойти послезавтра на каток. Он предлагает то же самое. Они начинают попеременно приглашать друг друга на каток, пристально глядя в глаза.

    Саша дома сидит на кровати, рассматривает коньки. Стук в дверь, из-за двери голос, пришли из домоуправления. Саша открывает. Заходит морально убитый дворник, за ним группа из 4-5 человек. У них ордер на обыск и арест Панкратова. Начинается обыск. Проснулась мама, сосед ходит по коридору с мрачным выражением лица. "Опера" не церемонятся, разбрасывают вещи, один их них берет в руки огромную линзу, через которую Саша корчил рожи Варе в окне. Через линзу видно его увеличенную мерзкую рожу. Сашу выводят. Мама в трансе, она не хочет понимать, что происходит, мечется, дает ему узелок с вещами, кладет туда теплые носки и немного денег. В какой-то момент крепко обнимает его и шепчет: "Сашенька, я знаю, это конец..." Все уходят. Софья Александровна сгибается пополам и, плача, опускается на пол…

    Варя подходит к Софье Александровне, стоящей в подъезде. Спрашивает, выйдет ли Саша гулять, они на каток собрались. Мама смотрит на нее невидящим взглядом и молчит. Варя отступает назад, прислоняется к стене и сползает на пол. На лице выражение неверия и ужаса… Перед ее глазами мелькают воспоминания: вот они танцуют с Сашей на конюшне, вот они уже под дождем, вот он надевает ей валенок…

    Юра и Лена гуляют. Она радостно сообщает ему, что беременна уже 2 недели. Далее всю сцену у него на лице улыбка, голос бодрый, как будто он не осознает серьезность того, что говорит. Он не собирается становиться отцом, спрашивает, что она предпринимала, говорит, что не хочет подобным образом входить в ее семью. У Лены взгляд побитой собаки…

    Шарок обращается к матери за помощью. Она сначала как бы не вникает в то, что он ей говорит. Ну, беременна… Что же так неаккуратно?.. Он спрашивает, можно ли к врачу. К врачу нельзя. А вот срок маленький – это хорошо. Горчичную ванну ей и погорячее!

    На кухне Юра льет кипяток на ноги Лене. Лена плачет, ей горячо, она в полуобмороке. Ее безумно жалко. Юра заносит ее к себе в спальню, укладывает на кровать. Она стонет, ей очень плохо. Он гладит ее по голове, целует руки. Потом поцелуи становятся горячее и вот он уже рядом с ней, спешно стягивает с себя штаны…

    Мама с папой снова слушают соответствующие звуки из комнаты сына. Мама переживает, а вдруг выкидыша не будет. Папа спокоен. Ну, женится, подумаешь… Будет свекр-нарком!

    Лена дежит дома на кровати, бледная, как простыня, красивейшие кудрявые волосы распущены. Звонит телефон. Лена еле-еле выходит в коридор, но отец поднимает трубку раньше. В трубке голос Сталина: "Почему не заходишь? Что, совсем загордился?". Отец обещает немедленно быть. Лена возвращается в комнату и тут ее скручивает, она хватается за живот. Так и остается лежать на полу, скрючившись от боли.

    0

    3

    3 серия

    Сталин полирует кусок метеорита и смотрит на свое отражение в нем, все время напевает нечто грузинское и нечленораздельное. Спрашивает Будягина про Гитлера. Тот объясняет, что Гитлер – это угроза, это война. Сталину это не нравится. Он смотрит на свое отражение в камне, плюет на него, медленно начинает полировать платком и, не глядя на Будягина, говорит: "Извини, я занят…" Тот молча уходит. Разговор неприятный сам по себе, Сталин действительно показан устрашающе.

    Саша Панкратов лежит на нарах, смотрит на свои ладони и вспоминает, как они с Варей танцевали, как он подарил ей камень… Его ведут на допрос. Допрашивающий задает вопрос, почему Саша здесь находится. Саша не знает, предполагает, что из-за истории с институтом. Следователю смешно, он говорит, что их контора из пушки по воробьям не стреляет. Спрашивает, с кем тот вел контрреволюционные разговоры. Саша честно отвечает, что ни с кем. Опер орет, что он даже тут ведет свою контрреволюционную агитацию только лишь намеками на то, что арестован незаслуженно.

    Шарок спит сном младенца. Мама будит его и говорит, что звонит Нина и у нее к нему срочное дело. Беседа с Ниной явно не входит в его планы, и он заставляет мать соврать, что его нет.

    Нина и Макс во дворе. Он напевает "крутится, вертится шар голубой…"

    Он хочет Нину "украсть", а у нее свой взгляд на их отношения. Ей не по душе его будущая карьера военного, говорит, что войны еще сто лет не будет, а он всю жизнь будет только солдат по плацу гонять. Вообще, Нина – это весьма колоритный персонаж, ее мимику, жесты и манеру разговора трудно передать. Девушка-ураган! Из подъезда появляется Шарок, замечает парочку и, улыбаясь, подходит к ним, здоровается. Нина напряженным голосом спрашивает, не слышал ли он чего про Лену. Тот, естественно, делает вид, что не в курсе. Так вот, у Лены кровотечение, она в больнице в очень тяжелом состоянии. Нина дает ему телефон и адрес больницы. Он опять прикинулся шлангом, мол, а что это такое у нее? Нина в тон отвечает, что это он должен знать… Юра обещает пойти к Лене и уходит. Ребята провожают его тяжелыми взглядами.

    Шарок из будки звонит в больницу, интересуется состоянием больной Будягиной. Состояние тяжелое, температура 39… Он прижимается лбом к стеклу. "Бедная Ленка…" В глазах ни капли жалости, видно, как идет какой-то отвлеченный мыслительный процесс. Проговаривает: "Действия, повлекшие за собой смерть потерпевшей… Мать дура! Идиотка! Влипли…"

    Марк Александрович пришел к Софье Александровне. Рассказывает, что Сталина видит часто, он убежден в правильности курса партии. Мать возражает, мол, как же все правильно, ведь Сашу ни за что арестовали! Дядя мерзко рассудительно говорит, что значит, что-то таки есть, раз арестовали.

    Нина пришла к классной руководительнице. Она заражена идеей написать письмо о том, какой Саша замечательный человек, собрать кучу подписей учителей и ребят… Ее пыл быстро охлаждают, учительница не хочет ничего об этом слышать.

    Шарок приходит к даме, отвечающей за распределение. Она же выводит его куда-то на лестницу, там ждет один из НКВДшников (этот человек очень похож на следователя, который допрашивал Сашу, я не могу их дифференцировать, внешность у всех "оперов" одинаковая какая-то…), который интересуется его биографией ввиду предстоящего распределения. Опять мы слышим про папу-портного, брата-заключенного, любимый завод и т.д. Интересуется также жилищными условиями Шароков, когда Юра рассказывает про 2-х комнатную квартиру на Арбате, долго выспрашивает про близких и дальних родственников. Выясняется, что близких нет, с дальними не общаются. Спрашивающего больше ничего не интересует, он протягивает Юрию руку. Тот ее пожимает, но сразу же убирает свою руку, рука следователя зависает в воздухе. Он обещает еще позвонить и удаляется. Шарок провожает его взглядом. Всю сцену он выглядит таким себе пай-мальчиком, говорит быстро, глаза все время бегают. Куда только девалась вся дворовая крутизна – пиджачок застегнут на все пуговки, рубашечка наглажена, воротничок ровненько лежит, волосы практически зализаны на левую сторону. Эдакий мальчиш-плохиш…

    Следователь (вроде бы тот же, что беседовал с Шароком) сидит напротив Саши и пытается добиться от него чистосердечного признания в чем-то страшном. Саша ничего не понимает, он ни в чем не виноват. Его уводят, провожая словами типа "иди и подумай о своем поведении". По комнате все время допроса расхаживает маленький лопоухий мужчина в толстых очках, имеет вид партийной "шишки". Как потом выясняется, это некто Березин.

    Звонит телефон, Шарок поднимает трубку. Нина сообщает ему, что Лену выписали, они с ребятами хотят ее навестить, зовут его с собой. Он делает финт ушами, у него типа дела и ему некогда. Юра вешает трубку. Нина на другом конце провода называет его сволочью. Шарок отступает за штору, очевидно, смотрит в зеркало. Видна только его рука. Рука картинно отводит в сторону черную фетровую шляпу, затем резко надевает ее на невидимую нам голову…

    Варя сидит за столом. Голова в папильотках, подкручивает ресницы кухонным ножом. В комнату входит Нина, нож моментально прячется под тетрадку – Варя чинно делает уроки. Нина уходит, она устроилась на работу в вечернюю школу, вернется поздно. Отдается приказ сидеть дома и подругу Зою в дом не пускать. Нина удаляется, после чего следует моментальный звонок Зое: приходи, Нинка ушла надолго. Девочки собрались на каток. Долго спорят, кто какую шапочку и к какому свитеру наденет. Консенсус вроде бы достигнут, они готовы уходить. Зоя находит камень, который Саша подарил Варе, интересуется, что это такое. Варя меняется в лице. Она вообще никуда идти не хочет пока Саша "там", плачет… Зоя ее успокаивает. Они вместе смотрят на камень, Зоя замечает, что он как зеркальце. Варя вспоминает, как Саша ей этот камень подарил, они тоже смотрелись в него, а потом посмотрели друг на друга, их лица были так близко…

    Монолог Сашиной мамы. Она смотрит на фотографию Сталина. "Как так вышло? За что? Ты же умный. У тебя честное лицо. А может ты ни о чем не догадываешься? Марк обязательно тебе расскажет. Узнаешь. Все сопротивляется внутри…" Ставит фотографию на стол, зажигает сигарету, продолжая смотреть на нее.

    Юра звонит Лене. Она очень рада его слышать, спрашивает, почему он не приходил. Он говорит, что звонил каждый день, интересовался. Она спрашивает, будет ли он у нее вечером с ребятами. Нет, он не придет. Ей очень хочется с ним поговорить, она не понимает, почему он так холоден. Он обещает позвонить…

    Мать интересуется у Юры, как Лена. "Жива, здорова…" Мама волнуется, один раз сошло с рук, хватит играть уже. Он грубит, не хочет разговаривать с ней. Тем не менее, подходит и дежурно целует.

    В тюрьме стоит очередь, кто на свидание, кто с передачей. Софье Александровне и Варе сообщают, что Панкратову в передачах отказано. Варя настроена агрессивно, мол, надо письма писать, чтоб разрешили передачи. Тянет маму домой пить чай. Мама уходить не хочет, ей кажется, что здесь она ближе к сыну… Саша лежит в камере и смотрит в одну точку…

    Компания сидит у Лены. Нина рьяно доказывает, что Саше надо чем-то помочь, она настроена все-таки написать письмо. Потому что он не может себя защитить, а вот им это под силу. Он ведь лучший их всех, а оказался в тюрьме… Лена молча чистит гранат, разбирая пальцами зернышки. Молодежь спорит, Вадим не понимает, как письмо может ему помочь. Лена предлагает посоветоваться с отцом. Отец решительно рвет черновик письма и ничего не хочет о нем больше слышать. Ребята уходят, появляется его жена. Он советуется, как же поступить. Сам он знает, что Сашу арестовали неправильно, но как объяснить это ребятам? Жена ему рисует картину: дядю Саши, Марка Рязанова, приняли в ЦК, а арестованный племянник позволит держать его в напряжении и повиновении. Будягин звонит тому самому Березину и просит помочь разобраться в деле Саши. Тот "понял".

    Будягин встречается с Марком Александровичем и пытается выяснить у него, можно ли как-то помочь Саше и за что его арестовали. Марк Александрович сомневается в невиновности Саши чем вызывает шок у Будягина. Дядя после нового назначения явно не хочет ничего знать о племяннике…

    Березин приходит в тюрьму и приказывает разрешить Панкратову передачи и пользование тюремной библиотекой.

    Саше приносят передачу, он письмом просит мать присылать только хлеб, мясо и белье.

    Шарок в длинном черном пальто и черной кепке бодрым шагом идет по двору. Две женщины трусят половики. Здоровается с ними, мол, трясете ну и трясите. Заходит в арку и тут же прячется. Мимо идет Вика, он на нее набрасывается, как грабитель. Вика визжит, радости Шарока нет предела. Женщины вдалеке останавливают свою работу, уставились на молодых людей. "Вы трясите, трясите!" Вика сильно испугалась, Юра доволен своей выходкой и мерзко ржёт (такой смех, наверно, только у Страхова…) Вика начинает кривляться. Шарок с ней явно заигрывает, а ей это явно нравится… Он предлагает зайти к нему. Она ломалась недолго, с радостью согласилась; девушка явно искала приключений. Вот они уже под веселенькую музыку танцуют в его комнате, снимая с себя одежду. Свитер Шарока летит на люстру, кофточка Вики в неизвестном направлении (наверно, прямо на голову оператору). Юра все время ржёт и упивается своей крутизной. Сдергивает покрывало с кровати. Картинно стягивает с себя штаны, оставаясь в семейных трусах, и притягивает Вику к себе. Они падают на кровать. В кадре на фоне портрета Сталина остается одна нога, с которой мужская рука спешно стягивает чулок…

    Та же лестница в институте, теперь с Шароком разговаривает еще и Березин. Его расспрашивают об одноклассниках, какие у него с ними отношения. А никаких, они не встречаются, не общаются. Про всех все знает, но общались давно. Про Панкратова ничего сказать не может. Был нормальным, но за что-то же его арестовали…

    Сталин беседует с Марком Александровичем о стройках, заводах и пр. делах. Явно показана неприступность вождя и то, как его боятся окружающие…

    Будягин интересуется у Марка, спрашивал ли тот про Сашу. Но дядюшка не собирается отнимать время у Сталина, спрашивая о племяннике...
    Мать читает письмо, в котором Саша просит присылать ему только хлеб, мясо и белье. "Хлеб и мясо", - шепчут ее губы. Она закрывает глаза.

    0

    4

    4 серия

    Шарок в телефонной будке. Гадает на монетке. Подбросил, поймал, глядит... Результат ему не нравится. Все равно поднимает трубку и звонит куда-то. Сообщает некоему Дьяконову, что вопрос решен положительно. На другом конце провода Дьяконов, человек в военной форме, отвечает, что ждет его вечером и кладет трубку. Поворачивается от телефона, за столом для допросов перед ним сидит Панкратов. Начинает прессинговать Сашу. Итак, его посадили за то, что им управлял Криворучко (тот самый, которого в первой серии исключили из партии, и которого Саша защищал), собравший антипартийную банду с институте. Панкратов должен подписать признание, что выпустил антипартийную стенгазету, которая являлась частью антипартийного курса, который вел Криворучко. Саша улыбается, отвечает, что никогда этого не подпишет. Дьяконов явно ожидал такой реакции, улыбается, происходит обмен взглядами: "мы-еще-посмотрим-кто-кого".

    Шароку папа шьет новый костюм, мама тут же вся такая радостная, сынуля тоже весь горд и светится. Мама замечает, мол, отбегался по бабам, Красная Армия блуд не приветствует. На что Юра со смехом отвечает, что он не в Красной Армии, а в НКВД. Красуется перед зеркалом в новом костюме со знаками отличия. Наказывает матери изучить все знаки и нашивки, он собирается стать комиссаром. А если не выучит - так он на нее взыскание наложит. Наряд на кухню. Смотрит в зеркало и упивается своей неотразимостью и значимостью.

    Согласно постановления НКВД от 6 марта 1934 года Панкратов Александр Павлович, 1912 г.р., признан виновным по статье 58 пункт 10 Уголовного кодекса РФ с формулировкой "антисоветская деятельность" и подлежит административной ссылке в Сибирь". Дьяконов довольным взглядом смотрит на Сашу, Саша молча подписывает документ. Почему-то именно Саша выглядит победителем в этой сцене…

    Софье Александровне звонят и сообщают, что утром у нее свидание с сыном. Принести продукты, деньги на дорогу, теплые вещи. Мама мечется по коридору коммуналки, обсуждает с соседями, что же надо принести. Сапог нет, а карточки все отоварены. Сосед молча выносит ей новые сапоги. Она собирает чемодан. Руки заботливо заворачивают каждую вещь, аккуратно укладывают ее в чемодан…

    Сашу привели в помещение для свиданий, посадили за загородку. Мама идет по коридору в сопровождении конвоира. Заходит в комнату и смотрит на сына, которого не видела несколько месяцев. Они улыбаются друг другу, но у мамы по лицу непрерывно струятся слезы. В комнате с ними остается один конвоир, который потом все время комментирует разговор. Она садится, явно не знает, как себя вести… Тянет к нему через широкий стол руку. Он крепко сжимает ее ручку своими большими ладонями. Друг к другу не прикасаться! Они не знают, о чем говорить. Он не успел побриться… А вообще, может даже оставит бороду. Дома все здоровы? Его должны выпустить через полгода. О деле не говорить! Саша начинает спрашивать про друзей. Фамилий не упоминать! Взгляд: обойдусь и без фамилий! Такой маленький косоглазый приходил? Нет, из института никто не приходит. А девочка модная ходит? (тут мама улыбается) Девочка ходит и очень интересуется инженерами транспорта! А Красная Армия? Красная Армия сегодня уезжает на Дальний Восток. Мест прибытия не упоминать! Ну, Саша как приедет на место - даст телеграмму, потом письмо пришлет. Работу он найдет, денег присылать не надо. Ругает маму, за то, что сейчас деньги принесла… А какой же ему срок дали? Так, ерунда. Три года всего, да еще и свободной ссылки. Кормили здесь хорошо, прям как на курорте. За маму может не беспокоиться, она на работу устроилась в прачечную. Наименование мест употреблять запрещено! Еще одно нарушение и свидание окончено! А как дядя? Дядя хорошо. На работе хвалят, даже тот начальник, который главнее некуда. Саша просит передать дяде, что им тут сильно интересуются, возможно из-за него, Саши. И еще передать, что он никаких показаний не давал и ничего не подписывал. Свидание окончено! Они смотрят друг на друга. Еще столько не успели сказать! Крепко обнимаются перед долгой разлукой. Мама плачет еще сильнее. Ее уводят. Последний взгляд в дверях, последняя ободряющая улыбка. Дверь закрывается. Саша встает и подбегает к окну. Мама идет по коридору, голова втянута в плечи. Она постарела лет на двадцать… Мрачные интерьеры Лубянки сменяют черно-белые кадры хроники. По улицам едут машины, трамваи, люди спешат по своим делам. И нет им никакого дела до чьих-то разрушенных жизней.

    Варя с Зоей весело в спешке куда-то собираются. Меряют платья, спорят, кто что наденет, завивают волосы, ресницы, красят губы. В разгар событий входит Нина. Немая сцена. Нину прорывает. "На кого вы похожи? Размалеваны, как куклы, вырядились!" Все время машет перед их носом чьим-то лифчиком. "Слушайте меня! Порядочной девушке достаточно аккуратно причесаться, надеть чистую обувь, и она будет выглядеть прекрасно. Если она, конечно, порядочная девушка, а не проститутка!" От этих слов Зоя, которая то снимает, то надевает платье, чуть не грохается на пол. Варя возражает: "В человеке должно быть прекрасно все: и платье, и прическа, и нижнее белье…" Начинается перетягивание лифчика. Зоя опять натянула платье. "В твоем возрасте рассуждать о нижнем белье! Помыслы должны быть прекрасны!!!" "… если она, конечно, девушка, а не синий чулок!" Нина застывает, Зоя от ее взгляда снова начинает стаскивать с себя платье. Нина, как истинный народный комиссар, отправляет Варю спать лицом к стене, или ждет, пока та попросит прощения. Тирада длинная, бедная Зоя успевает еще несколько раз снять и надеть платье. В конце концов девочки попросили прощения и получили приказ убрать все тряпки, НИЖНЕЕ БЕЛЬЕ и стереть краску с губ. "Через пять минут люди придут, а тут бардак!!!" Девчонки живо наводят порядок. Нина переодевается в вишневое платье, которое очень нравится девочкам.

    Веселая компания провожает Максима и его друзей на Дальний Восток. Макс и Нина танцуют, он снова просит ее выйти за него замуж. Она снова отказывается, ругает его за подобный выбор специальности. Ей совершенно не хочется всю жизнь мотаться по гарнизонам. Варя пытается вмешаться в разговор, но Нина ее отсылает. Она учитель и хочет работать здесь. Он все-таки надеется, что она передумает. Варя проходит мимо и стучит себе по лбу, показывая, какая Нина дура. Продолжаются танцы. Приходит друг Макса, Серафим. Он тоже уезжает. Предлагает Варе выйти за него замуж. Нет уж, сначала надо проверить, как он танцует. Серафим начинает отплясывать румбу, а Варя внимательно наблюдает, гримасничает, делает вид, что серьезно обдумывает предложение. Приговор: танцует нормально. А вот школу она заканчивает только летом. Что же она сейчас согласится, а вдруг потом передумает? "Варь, а сейчас ты согласна?" "Сейчас согласна. А летом передумаю!" Звучит тост за Красную Армию.

    На вокзале шумно. Пыхтит паровоз, гремит оркестр, толпа людей пытается докричаться друг к другу. Варя замечает, что Нина стоит спиной к Максу и не реагирует на его взгляды и просьбы. Варя пробирается к ней и кричит, чтоб она не обижала Макса, разве так надо провожать! Но у Нины свой взгляд на вещи. Они останавливаются возле здания вокзала. Варя видит, как по коридору под конвоем ведут человека. Он оборачивается, но его сразу же уводят. Но для Вари достаточно одного взгляда. Далее смотреть просто невозможно. Толчея, грохот, все со своими проблемами. Варя кричит не своим голосом: "САША!", - и начинает пробиваться через толпу. Нина бежит за ней и уговаривает, что она ошиблась, что это был просто старик с бородой. Но Варю не остановить. Она в истерике, почти на грани безумия мечется по вокзалу, вырывается из рук Нины, кричит так, что сердце разрывается… Ребята пытаются понять, что же случилось. Нина объясняет, что Варе показалось, что там был Саша, но это НЕ ОН! Бестолковый Макс намека не понял, радостно говорит, что у них действительно есть в составе арестантский вагон. Варя, которая почти поверила Нине, снова вырывается, кричит и пытается пробиться через конвой. Ее опять "поймали", как птичку в силок, Нина прижимает ее к себе и в тысячный раз повторяет, что она ошиблась. Слышна команда "По вагонам!" Нина продолжает повторять: "Это был старик, он, наверно, украл чемодан, вот его и арестовали, это не Саша, не он, не он…" Макс обнимает обеих сестер сразу, целует Нину и, обещая все равно написать, запрыгивает в вагон. Нина провожает его долгим взглядом. Варя рыдает и пытается вырваться, но попытки уже не столь отчаянные. Поезд уходит под грохот "Прощания славянки", сестры, обнявшись, смотрят ему вслед…

    Саша приехал в Канск. Ему показывает местность такой же ссыльный Борис, мужик сильно заикается и через минуту уже утомляет своей болтовней. Рассказывает, что ссыльных тут много, все, естественно, "невиновны". Заходят в парикмахерскую, их стригут, бреют, вообщем, превращают в нормальных людей. Саша отправляет маме телеграмму из шести слов. Работницы почты мечтательно смотрят ему вслед… Местный "абориген" ведет Сашу в столовую, они обедают, обсуждают свое положение. В столовую заходит паренек. Он втихаря таскает с тарелок на раздаточном столе котлеты, быстро запихивает себе в рот. Одет в черное заношенное пальто, помятую шляпу, в круглых очках. Похож на Кису Воробьянинова, когда тот милостыню просил, или на какого-нибудь бедного уличного художника. На самом деле он поэт, но работает в инвентаризационной конторе. Товарищ рассказывает Саше, что у этого Игоря родители выехали за границу, пострадали от революции. А он вернулся. Вот его сюда и упрятали, от греха подальше. Борис просит накормить паренька за свой счет.

    Софье Александровне принесли телеграмму, она показывает ее Варе, которая моет окно. "Здоров. Пиши. Канск. До востребования. Саша" Надо выпить за первую весточку. Приходит Нина и портит этот маленький "праздник". Спрашивает про Сашу. Она тоже не верит в кристальную чистоту Саши, начинает с мамой некрасивый разговор о том, что, мол, арестовали, значит, есть за что! Варя в шоке. Молча продолжает уборку, но слова Нины ее потрясают. Она берет в руки здоровенный горшок с фикусом и с угрозой смотрит на Нину. Если та не замолчит, то горшок явно окажется на ее голове… Мама снисходительно смотрит на Нину. Она-то знает, что Саша невиновен. Но грустно смотреть, как очередной близкий ему человек от него отказывается. Софья Александровна поднимается и перебивает поток слов Нины: "Спасибо, что зашла". Нина не дура, прощается и уходит. Варя наливает вино, подает бокал маме и повторяет: "Здоров. Жив. Канск. До востребования. Саша". Они выпивают и обнимаются.

    Саша идет по лесосеке, подходит к белой лошади. Гладит ее, дает какое-то лакомство и нежно похлопывает по холке…

    Варя приходит домой, она очень агрессивно настроена. Кричит на Нину, зачем она вообще приходила, Софья Александровна плакала после ее ухода. Саша ведь ни в чем не виноват. Но у Нины свое мнение. За стишки в газетах не сажают, значит, он что-то скрывал. Компетентные люди сами разобрались что к чему. Она спокойно размышляет, что у него же все было. Прекрасное будущее, образование, квартира, Москва. Чего ему не хватало? Варя возражает: "Какое прекрасное будущее? Набитые людьми коммуналки? Неотоваренные карточки? Очереди за хлебом? А у этих "компетентных людей" есть и машины, и квартиры, и отдельные распределители…" Нина говорит, что и Саша, и Софья Александровна теперь по другую сторону баррикад. Варя упрекает ее, что она быстро забыла друга. Нина срывается на плач, подскакивает с кровати и начинает орать. Да, Саша был ее другом. Но школьная дружба не повод для политического доверия. Видишь, Варя, как жизнь нас кидает, что она с нами делает? Видишь, что Саша, лучший из нас - ссыльный, контрреволюционер! А сволочь-Шарок - прокурор, вершитель судеб! Нина включает радио, раздается голос Сталина, говорит о том, что буржуазию надо душить, партия вперед и т.д. Варя смотрит в одну точку. Нина облокотилась на стену, вытирает слезы.

    Сталин сиди за столом, ему женщина подает обед. (Выглядит он странновато - поверх пиджака на плечах намотан пуховый платок.) Он играет с ней в "угадайку": "А скажи, какое у меня в руке существо - мертвое или живое? Никто еще не отгадал!" Женщина отвечает: мертвое. "И ты туда же!" Сталин показывает руку, в ней птичка. "Пока живое!" Женщина начинает сюсюкать, ей нравится птичка. Сталин говорит: "Видишь - живое… А вот так голову оторвать - будет мертвое... Поэтому никто отгадать и не может!" Он страшно доволен своей шуткой. Женщине не до смеха. "Дура, испугалась? Иди давай!" Подносит палец к птичке, она его клюет. "Еще и кусается! Сволочь…"

    0

    5

    5 серия

    1934 год, Сибирь, Канск.
    Саша продолжает свое движение по этапу вглубь Сибири. Их группе не дают телегу для вещей. Либо доплачивайте, либо тащите сами. Конвоиры быстро "успокаивают" самого активного из недовольных, мужики таки оплачивают телегу, избитого товарища сваливают на нее же и уезжают…

    Москва.
    Варя встречает на улице Вику, та идет с иностранцем. "Рада" встрече с Варей, представляет ее как свою школьную подругу (хотя сама-то явно старше…). Варю эта ситуация явно забавляет. Вика пытается показать, какие они с Варей близкие подруги, обещает позвонить и т.д. Варя, провожая ее взглядом восхищается "Ах, какие сапожки!.."
    Вика звонит и приглашает Варю к себе, она ей явно для чего-то нужна. Вика заводит разные разговоры, типа, почему Нина не такая, как все женщины, заходят ли к ним Лена Будягина, Юрка Шарок. Варя обзывает Юрочку гнидой, за что получает выговор. Чтобы общаться с теми людьми, что и Вика, надо придерживать язык. Варя рассказывает, что хочет стать чертежницей, Вика обещает ее познакомить с "нужными" людьми, которые ей помогут с работой. Они встретятся с ними послезавтра в ресторане.

    Варя явно никогда не была в ресторане, толком ничего не может заказать, ей помогает Вика. За столиком с ними Эрик, француз, которого она накануне видела с Викой и его знакомый Иван Владимирович, который, как оказалось, держит строительную контору. Они пьют шампанское, слушают пение Нины Шереметьевой. На Варю все время смотрит мужчина, сидящий за соседним столиком. Он приглашает Варю на танец, та соглашается. Он представляется: его зовут ЛЕВ. Иван Владимирович тоже танцует с какой-то дамой, но все время следит за Варей и Левой.
    Эрик говорит Варе, что он завтра уезжает за границу и приглашает ее к себе.
    Вика отзывает Варю в сторону, она возмущена тем, что Варя пошла танцевать с Левочкой. Она должна танцевать с теми, с кем приходит. А этот Левочка никто, он просто прилипала при одном бильярдисте, развлекается за его счет. Варя психанула и пошла приглашать на танец Ивана Владимировича. Они танцуют, беседуют, он предлагает прогуляться. Они смеются, весь разговор проходит в шуточном тоне. Обсуждают архитектуру Москвы, потом он переключается на Варю. У нее очень необычный разрез глаз. Варя отвечает, что в ней течет татарская кровь. Он просит разрешения позвонить. Варя начинает дразниться. Позвоните.–Нет, не звоните.–Нет, все же позвоните.–Хотя нет, лучше не надо… и т.д. Останавливаются на том, что он все же позвонит, и прощаются. Она отходит от него и смеется: "Хи-хи, какой дурак!!!"

    Варя прибегает домой, включает музыку. Уже очень поздно, но Нина не спит. Она спрашивает, что за необходимость – гулять по ночам? Любовь? Новый роман? Варя возражает: инстинкт. А не рано ли он в ней проснулся?? Нет, не рано, а вот в Нине поздно. За последнее хамское высказывание получает грозный взгляд. Нина упрекает, что у той дорогие сигареты, иностранные пластинки и прочие вещи, которые она не могла заработать. Варя спешит "признаться": она работает на японскую разведку. Нина смеется, потому, что Варю не возьмут ни в какую разведку, у нее нет высшего образования. Обнимает Варю и начинает грустно причитать. Вокруг столько возможностей себя реализовать, а Варя ничего не хочет… Варя повторяет за ней губами все те слова, которые она говорит, показывая, как ей надоело выслушивать все это. Она говорит, что учеба ей не интересна. Нина спрашивает, что же ей тогда интересно. Лицо Вари вдруг мрачнеет, из глаз одна за другой побежали слезы. "Мне интересно поехать к Саше в Сибирь…"

    Саша идет с обозом по берегу реки. Один из ссыльных лежит на телеге, ему явно нездоровится. Активист, который добивался, чтоб им дали телегу, заявляет, что он убежденный троцкист и т.д. Саша отвечает, что он разделяет линию партии. Предлагает держать свои политические взгляды при себе. Говорит, что уверен в том, что его дело скоро пересмотрят. Ему вслед Борис проговаривает: "В другой жизни…"

    Сталин лежит на диванчике, на нем френч, пуховый платок, белые исподние штаны и толстые шерстяные носки. Ему домработница принесла новые сапоги. Он начинает возражать, что от новых ноги болят. Она ему начала массировать ногу. Сталин, в свою очередь, начал поглаживать ее по щеке, щекотать за ухом. Она немного опешила, нерешительно повела головой за его рукой. Он еще несколько раз погладил ее по голове, она чуть обернулась к нему. Сталин убрал руку и сказал подавать завтрак. Женщина посмеивается. Ладно, он наденет новые сапоги.
    Сидит себе вождь, завтракает. Пришел к нему человек по фамилии Ежов. Обсуждают деятельность Рязанова, Сталин, в принципе, им доволен.

    Рязанов пришел к Софье Александровне. Она предложила ему ужин. Он хвалит ее за то, что в ней появилась сила. Раньше она была просто домохозяйкой, матерью… Да, раньше я была матерью. У меня был сын. Ну, сын у нее и сейчас есть. Мой сын на каторге… Она не знает положения вещей. У нас нет каторги. А Сашу отправили в ссылку. Ему еще повезло, иных расстреливают. Ничего, и там тоже люди живут… "Не расстреляли. За стишки в стенгазете не расстреляли. Просто сослали на 3 года. Подумаешь, какая малость. Вот Иосифу Виссарионовичу тоже больше 3-х лет не давали, а он восстания поднимал, бежал за границу. Его вернули и дали опять три года. А вот если Саша сейчас побежит, то ему все 10 лет лагерей дадут! Да если бы царь судил вас по вашим законам, он бы еще тысячу лет продержался!" У Марка Александровича лопается терпение, он вскакивает и начинает орать: "Что ты мелешь? Как ты смеешь такое говорить при мне? У нас диктатура, но диктатура пролетариата, то есть народа!" Но ведь Саша тоже народ. Он такой честный, а его в Сибирь. Расстрелять не смогли, так сослали… Вот и молитесь на своего Сталина! Подняли меч на невинных, сами же от него погибнете. Ты еще вспомнишь Сашу. Ты не защитил невинного, тебя тоже некому будет защитить… Марк уходит, хлопнув дверью, Софья Александровна остается сидеть за столом, вся в слезах.

    Марк выходит из подъезда, присаживается за столик во дворе. Он о чем-то тяжело думает. Во дворе Варя и Зоя, Зоя, не закрывая рта, трещит о том, какой классный этот Левочка, как она хочет с ним познакомиться… Варя смотрит на Марка, видит, что что-то произошло и уходит к Софье Александровне. Марк сидит, на него косится дворник, прошла и оглянулась мать Шарока. Он подхватил свой портфель и спешно покинул двор.

    Шарок курит в коридоре с Дьяконовым. Тот спрашивает Юру, была ли у него связь с Викой Марасевич. Эта дама им помогает, ее прижали из-за любви к иностранцам, теперь он будет ее вести. Приемы будут на квартире на Маросейке. Вика приходит во вторник и никогда не опаздывает. У ее отца в доме бывает Глинский, надо побольше узнать о нем.

    Шарок встречается с Викой на служебной квартире. Ее веселит то, что именно он теперь ее ведет. Она говорит ему, что ее допрашивали об их связи, она все честно рассказала органам. Он возмущен, было-то всего один раз! Ну, она и не говорила, что было два раза… Интересно, что же она им рассказала? Она рассказала, что он замечательный, даже уникальный любовник. "Живописала, как могла!" Шарок веселится. И с кем же она сравнивала? А с его предшественником. Они все дела быстро решали, а потом все время посвящали удовольствиям… Она попутно наливает вина. Юра выпендривается, может кому-то и в удовольствие спать в ней, а вот ему совсем нет. Ну а что же он тогда хочет? А расскажите-ка ему про Глинского. Вика напрягает память. Жена Глинского работает директором в транспортном институте, где учился Панкратов (от автора: мадам Глинская принимала активное участие в исключении Саши). Шарок рассказывает, что именно в этом институте существовало троцкистское подполье, которое возглавлял Криворучко, ее заместитель. Но Глинский старый маразматик, он ничего не может! Ну, это не Вике решать, кто что может, а кто не может…

    Саша и Борис активно пытаются положить в больницу захворавшего Карцева, у того отек легких, пневмония. Им отказывают, а "активист" Володя им говорит, что Карцев провокатор, что не надо за него вообще беспокоиться. Саша говорит "начальнику", что Карцева надо положить в больницу. Иначе, если тот умрет, они напишут в Москву, что Карцева отказались лечить. Саше намекают, что он плохо начинает на новом месте, но Карцева все-таки отправляют в больницу.
    Сашу отправляют в Мозгову, ему предстоит плыть на лодке 2 дня, почти 70 километров. Он прощается с Борисом, который отдает ему свой плащ, мол, тебе еще пригодится.

    Юрочка приводит Лену на служебную квартиру, говорит, что она принадлежит его товарищу. А у них в квартире ремонт, присесть негде. Лене все это не нравится, она не хочет заходить дальше прихожей. Они стоят по разные стороны шторы, друг друга не видят, но нам видно обоих. Юра начинает проникновенно рассказывать, почему он не мог с ней встретиться раньше. Оказывается, его допрашивали по делу Саши, и он не хотел, чтобы это как-то коснулось ее и Ивана Григорьевича. Они с Сашей работали на одном заводе, жили в одном доме. В институте тогда уклонисты хотели свалить партийное руководство, Саша тоже был втянут. Три года ссылки – это все, что можно было для него сделать. Остальные получили тюрьму и лагеря. Лена оживляется при этих словах, все время она отрешенно смотрела в одну точку. С детской наивностью спрашивает: "Так это ты ему помог?" Шарок смотрит на занавеску, разделяющую их, жутко доволен произведенным эффектом. Опять вешает на лицо маску скорби и как бы нехотя произносит: "Я." Лена выходит из-за занавески, смотрит преданным взглядом в его лживые глаза. Садится на диван. Он ей улыбнулся, налил в чашки вина, которое накануне пил с Викой. Чокаются чашками, вспоминают свою первую ночь, когда Лена была в красивом вечернем платье, и они чокались бокалами с шампанским. Лена склоняет голову ему на плечо. Шарок доволен.

    Варя сообщает Зое, что завтра они идут в "Савой" вместе с Левочкиной компанией. Он обещает ее устроить на работу. Позвонившей Вике она сообщает то же самое.

    0

    6

    6 серия
    Шумная компания сидит в ресторане, Варя в лицах рассказывает историю своего знакомства с Левочкой, все веселятся. Варя танцует с Левой и просит провести ее в бильярдную, где играет Костя. Костя профессионально забивает шары в лузы, поглядывая на Варю. Потом присаживается рядом с ней, оттесняя при этом Левочку. Повернулся к Варе и напряженно смотрит ей в глаза. За свое поведение получает: "Хам!", Варя демонстративно уходит, Левочка отползает за ней. Костя, довольный собой, возвращается к игре. Затем все снова появляются за столиком, Косте опять причитается крупный выигрыш. Под напряженным взглядом Кости его прихвостни приглашают девушек танцевать, он остается за столиком с Варей. Она демонстративно тушит сигарету в пепельнице и поднимается, чтобы уйти. Он же просит ее остаться, заводит разговор о ней, где учится, почему не учится и т.д. А он занимается медицинским оборудованием. У него большая семья, они обрусевшие греки, живут в Крыму. А Варя никогда не была в Крыму! Так в чем же дело, завтра они едут в Крым, только не забудьте взять купальник! Варя оскорбляется и убегает, он на улице ее догоняет, предлагает выпить на брудершафт. Наливает шампанского, они пьют. Она согласна ехать в Крым. Костя подхватывает ее на руки, ей это не по душе, она начинает кричать и вырываться. Ее отпускают и обещают завтра перезвонить.

    Варя заходит в подъезд, там ее ждет Зоя. Напугали друг друга. Варя признается, что завтра едет на море. Они закуривают, и Зоя весело спрашивает, как же Саша? Варя замирает, спичка догорает в ее руке. Она вспоминает, как увидела Сашу на вокзале, как его толкали конвоиры. "Саша… Он же ни в чем не виноват… А шел такой сгорбленный и покорный, совсем, как старик… А должен был драться и бороться." Варя начинает говорить громче и быстрее, все время наступая на Зою, потом переходит на крик. "Или победить, или умереть. И если бы его тащили двести, триста человек, целая армия, тогда бы я поняла. А так он САМ шел и тянул свой чемодан. И БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ СПРАШИВАЙ МЕНЯ ОБ ЭТОМ!!! ПОНЯЛА?!" Варя уходит в подъезд, вспоминая, как металась по вокзалу, как кричала, как Нина пыталась ее удержать…

    Костя звонит рано утром, Варя договаривается с ним о встрече.

    Сибирь. Мозгова.
    Саша сидит в избушке и читает книгу. Хозяйка дома кормит сидящих вокруг стола многочисленных детей, предлагает ему поесть. Спрашивает, почему он с девками не гуляет, может болезный? Рассказывает, что сломался у них сепаратор. Он предлагает посмотреть, возможно, починит. Женщина ведет его по селу и рассказывает, какая тяжелая жизнь без сепаратора. Попутно показывает людей. Показывает молодую женщину. Она учительница, имя до ужаса нерусское. (Зида она по книжке). Одинокая. Никто на нее не позарился, уж больно умная. Вот сыну ее отказала. :))) А Саше может и подойдет. Да и вообще, у них тут все просто, гуляй с кем хочешь. Если девка до свадьбы дошла нетронутой это не приветствуется, значит никому не нужна была. Саша перебивает: "Сепаратор-то где?" Поглядел на чудо техники, вроде бы починил, но надо в город свозить, чтоб уж наверняка.

    Варя прибежала к Софье Александровне и рассказывает, как ей понравилось море. Какое оно красивое, какие там горы, пальмы. А еще она вышла замуж. Рассказывает по просьбе Софьи Александровны про Костю, что он занимается медоборудованием и т.д. Где они будут жить? Да не знают еще, где-нибудь будут… Варя просит ни о чем не спрашивать, все есть так, как есть. Софья Александровна предлагает молодым занять комнату Саши, она очень переживает за Варю.

    Саша рубит дрова, с ним разговаривает старик. Мимо ездит на лошади учительница. Дед обращает его внимание, умная, мол, женщина. Саша не хочет ничего знать, будет жить отшельником… Позже Саша встречает Зиду, спрашивает про библиотеку, ему хочется чего-то почитать. Она предлагает вечером встретиться и обсудить книжный вопрос.
    Саша стоит с ней на мосту. Она не знает, какие ему книги нужны, предлагает зайти к ней, сам и посмотрит. Мимо проходит охотник с ружьем, оглядывается на них. Саша поворачивается к ней, начинает страстно целовать. Она отстраняется: "Подожди… Пойдем." Оставляет его возле своей избушки. Когда зажжет лампу, тогда он придет.

    В окошке горит свет. Саша и Зида в страстном объятии катаются по кровати. Им хорошо вдвоем, они смеются.

    Варя танцует дома, приглашает Костю потанцевать с ней. Он не хочет. Он тянется к ней все время, она бесится, что он не может просто танцевать. Начинают дурацки игры, вроде бы тихо, но перебудили всю квартиру. Он начинает ее заматывать в красивую ткань, она прикидывает, какое красивое платье получится. В итоге, он ее стаскивает с матрацем на пол. Варя просит у Кости папиросы, очень курить захотелось.

    Саша пришел к Зиде. Она гладит его по голове, он улыбается. Он просит рассказать о себе. У нее есть дочка, ей 6 лет, живет с ее родителями в Уфе. С мужем разведена. А она сама здесь, в глуши тоже люди нужны, детей нужно учить… Он снова начинает ее целовать.

    Костя привел Варе портного. Она узнала отца Шарока и не хочет иметь с ним ничего общего. Грубит, смеется. Шарок-старший уходит, Костя успокаивает Варю. Она взрывается. Она ненавидит всю эту семью, они все отравлены…

    Юра встречает в квартире Вику. Она сообщает, что выходит замуж и больше они встречаться не будут. Оба опять паясничают. Юра спрашивает, чем же иностранцы отличаются от наших, с кем же приятней спать? Угрожает, что если она кому-нибудь что-нибудь расскажет, то замуж за своего иностранца не выйдет. Вика полна оптимизма, она смеется и уходит. Шарок остается в раздумьях. Вика спускается по лестнице. Через сетчатую шахту лифта видно, как по этой же лестнице поднимается Лена. Они заметили друг друга и остановились. Лену жалко до слез, опять ее окунули в грязь… Вика порывается идти то вниз, то наверх… Лена смотрит на нее через решетки. Где-то открылась дверь. Лена испуганно обернулась и побежала вниз… Вика тоже стала медленно спускаться.

    Варя в красивом черном вечернем платье прыгает на кровати. Костя рассказывает ей о предстоящем вечере, кто там будет и т.д. Варя в очередной раз хочет научить Костю танцевать, обращается к присутствующему здесь же Левочке за помощью. Включает музыку… Играет вальс, под который она с Сашей танцевала под дождем… Варя уже подняла руки, чтоб показывать движения, но она замирает. Руки медленно опускаются, она вся в воспоминаниях. Костя смотрит на нее и ничего не понимает. Варя начинает часто дышать, глаза наполняются слезами, она срывается с места и выключает радио. Она не хочет идти в ресторан, психует. Она переодевается в домашнюю одежду и никуда не собирается ехать. Он просит не закрывать дверь на цепочку, потому что придет очень поздно. Как только за ним закрывается дверь, Варя снова включает радио. Музыка еще звучит. Она берет в руки фотографию Саши и ложится на кровать. Мы видим ее руки, которые держат рамку, в стекле отражается ее лицо. Она проводит ладонью по снимку. Закрывает Сашу рукой, потом растопыривает пальцы, потом ласково проводит рукой по его лицу на фотографии…

    Лена подходит к телефону. Звонит Юра, спрашивает, почему она не пришла сегодня. "Я… я… задержалась на работе…". "А во вторник сумеешь прийти?" Лена чуть не плачет, опускается на пол, прислоняется спиной к тумбочке, закрывает глаза… "Нет. Ты… мне больше не звони, хорошо?.. Никогда… Ладно?.." Она кладет трубку на тумбочку, сама сгибается пополам, обхватывает руками голову и плачет... В трубке еще раздается голос Шарока: "Алло! Лена! Леночка!"

    Софья Александровна заходит к Варе. Говорит, что Костя принес в дом два ружья. Она не может допустить, чтобы в доме были ружья, ей нужно сохранить комнату для Саши. А если соседка позвонит в милицию, то у нее все отберут. Варя рассказывает, что Костя не работает, он играет в бильярд. Софья Александровна говорит, что Костя очень ее любит, что он хороший. Варя соглашается, да, он хороший, нежный, добрый, замечательный,.. но такой чужой… Она начинает плакать, Сашина мама ее обнимает…

    Костя вернулся среди ночи, жутко пьяный, весь обвешанный мехами, перебудил всю квартиру. Варя забыла снять цепочку с двери. Галя, соседка, попыталась скандалить, но мама быстро всех отправила по комнатам. Варя говорит Косте, чтобы он завтра же унес из дома ружья. Тот возражает, что у него есть на все разрешения. Одевает на Варю меха и засыпает. Варя примеряет меха, любуется собой. Потом ее взгляд меняется, она срывает в себя эту пелерину и кидает ее.

    Сталину докладывают, что Политбюро недовольно делами в Ленинграде. Киров слишком либерально ведет политику, а это опасно в условиях прихода Гитлера к власти. Сталина все это не слишком интересует, он спрашивает у докладчика, какой национальности его, докладчика, фамилия. Наливает себе стакан минералки и долго пьет, глядя тому в глаза. "Да, надо спасать Кирова. Что мы можем сделать?" Надо направить туда команду из молодых энергичных чекистов, которых они выучили. Человек пять-шесть. И пусть их расставят там на ключевых постах…

    0

    7

    7 серия
    1934 год, Сибирь, Мозгова
    Уже пришла зима. Саша идет по лесу, за ним идет охотник, который накануне видел его и Зиду на мосту. "Ты чего сюда приехал, троцкист? Тебя звали? Чего молчишь?" Говорит, чтоб не ходил больше к Зинке. Саше непонятны такие условия. Тот угрожает топором, обещает сбросить в реку и т.д. Опять обзывает троцкистом. Пытается таки скинуть с обрыва. Саша сам хватается за топор и бежит за мужиком по берегу. Тот спотыкается и падает в речку. А Саше большего и не надо.

    К Саше опять обращаются женщины с просьбой починить сепаратор. Он же предупреждал, что аппарат надо везти в Кежму. Председатель колхоза обвиняет Сашу в том, что он вредитель, сломал сепаратор, обзывает. Саша тоже в долгу не остается…

    Панкратова вызвали в местную администрацию НКВД к Алферову. Тот мягко, но образно объясняет Саше, что ему, ссыльному, надо более трезво оценивать свое положение и относиться к делу серьезнее. Он не только сепаратор сломал, он еще и председателя публично оскорбил. Саша возмущен тем, что он здесь совершенно бесправен, обвинить его могут в чем угодно. Только он этого терпеть не будет. Алферов его успокаивает, учит, что надо вести себя спокойнее. Вспоминает, что сам когда-то очень давно жил на Арбате…

    Саша и Зида обсуждают его положение. Он лишен иллюзий, понимает, что в Москву теперь не пустят, судимость за плечами… Она предлагает ему уехать к ней в Уфу, поменять свою фамилию на ее. Потом разведутся, и ничего у него в паспорте не останется. А старый можно и потерять. И будет он Исхаков, как она, от Панкратова и следа не останется. Он шутит, что если будет выдавать себя за мусульманина, то не сможет в баню ходить – не обрезан ведь. Да и вообще, это не выход. При приеме на работу надо заполнять длинную анкету, все равно все станет известно. Да и вообще, он не сможет скрываться.

    Москва.
    Варя сообщает Софье Александровне, что пропала ее накидка из чернобурок. Утром висела, а сейчас нет. Ее точно Галя украла! Софья Александровна возражает, что Галя никогда ничего не крала. Если хочет, она, конечно, может вызвать милицию…</p><p>

    Костя катает шары, к нему прибегает Варя с той же проблемой. Он недоволен, что она пришла. Сообщат, что продал накидку, нужны были деньги. Варе накидка не нужна была, просто надо предупреждать. У Кости проблемы с деньгами. Варя сообщает, что пойдет устраиваться на работу.

    Варя приходит к Ивану Владимировичу, хочет работать чертежницей. В той же конторе работает и Левочка. Работать она сначала будет копировщиком, ведь у нее нет опыта работы. Он предлагает ей выбор: работать в общей мастерской или в его группе. Сходятся на том, что она работает с ним, вместе с Левочкой. Ей вручают анкету, которую нужно заполнить для оформления на работу.
    Варя не может сама заполнить анкету, она не знает никаких сведений о родных, никак не может решить, замужем она или нет. Говорит Зое, что она хочет быть независимой от Костиного бильярда, поэтому ей нужна работа. С анкетой проблемы, надо идти к Нине.

    Нина входи во двор, встречает Шарока. Разговаривают иронично, видно, что друг друга не любят, но подкалывают. Юрочка слышал, что Варя с вором спуталась. Что же она так сестру проглядела? Нехорошо… А вот так вот, Юра. Жизнь такая пошла, от воров нет прохода. У нее сестра живет с вором, а у него брат вор… Юрочка понял, что не на ту напал и удалился. Выбегает Варя, у нее дело к сестре.

    Шарок идет по улице, его окликнула Вика. У него испуганный взгляд, его явно не устраивает такая компания. Тем не менее, Вика идет за ним. Выговаривает ему, что явочную квартиру нельзя превращать в дом свиданий. Вика говорит достаточно громко, Юра постоянно оглядывается по сторонам и спешит от нее отвязаться. Последняя фраза на него подействовала. Он просит говорить тише. Вика рассказывает, как встретила Лену, как они поздоровались. Лена узнала, зачем Вика ходит к Юре, она же знает, где тот работает. Боится, что ее расшифровали, она теперь не годится в сотрудники. Юра успокаивает ее, Лена решила, что они просто любовники, а это так и есть. Лена ему даже сцену жуткую устроила. Он резко поворачивается и уходит. Вика опять громко зовет его. Он поворачивается к ней со зверским лицом. Чего она разоралась?! Вика угрожает, что сумеет использовать данную ситуацию. Она напишет письмо Ягоде, что Шарок устроил на квартире бардак. Он расшифровал ее перед своей любовницей, а она дочь замнаркома и ее подруга. Шарок тащит Вику по улице, та продолжает нервно с ним "беседовать". Она уже написала письмо. Если ее арестуют, то письмо тут же пойдет к адресату. "Имей это в виду!!!" Вика торжественно уходит. Шарок разъяренный порывается идти за ней, но передумывает.

    Нина удивлена, что Варя решила идти на работу. Варя просит не читать ей нотации, но Нина, как учительница, все равно высказывает ей все, что думает. Варя очень изменилась и изменила всему, чему ее учили родители. Получилось так, что они с сестрой по разные стороны баррикад. И неудивительно, что Софья Александровна приютила ее с этим бездельником. Развели там бордель… Варя возражает, что бордель у Нины в квартире – беспорядок, грязь и прочее. Нина защищается: в квартире – бардак, а вот у них – бордель. Нина снова обижает Софью Александровну, мол, та все не может простить, что ее сына выслали. Варя вскипает, Сашу выслали ошибочно. Но отдельные ошибки неизбежны, это нормально в нынешней ситуации. Варя начинает выходить из себя. Эта отдельная ошибка – жизнь человека, которая, кстати, дается один раз! И дала ее не партия! Нине рассказала Лена про организацию в институте. Тут сестры начинают орать друг на друга. Варя кричит, что Лене рассказал все это сволочь-Шарок. С каких это пор Нина ему верит?! А кому же ей верить, Софье Александровне что ли?! Приютила у себя ее сестру с этим вором! Ой, а что же это вор на свободе гуляет, что же вы его не посадили еще?! Ничего, придет время – всех посадят. Из радиоприемника доносятся вопли бодрых "совковых" маршей. Девушки замолкают, утомились, видно. Все остались при своих мнениях. Нина обещает заполнить анкету.

    Иван Владимирович напоминает Варе, как они в ресторане встретились, как гуляли потом. Она на него не реагирует.

    Варя спит дома за столом, Костя принес из ресторана ужин. Вешает ей на руку браслет. Она не хочет ничего видеть, ни золотых вещей, ни денег. Они ей не нужны. Она его денег не берет, ей хватает своей зарплаты. И лучше, чтобы он впредь не носил все свои трофеи домой. И вообще, лучше им разойтись. Варя просит его освободить комнату. Начинают ругаться, обижать друг друга. Она кидает его чемоданчик с шарами. Костя бережно начинает перекладывать шары и объясняет, что съедет он не раньше, чем через 2-3 месяца. Никому он навязываться не будет.

    Сталин пьет чай, ест фрукты. Приглашает Кирова разделить трапезу. Киров с улыбкой спрашивает, почему его отозвали из Ленинграда, он не собирается отдавать город, он еще не закончил там свою работу. Сталин же недоволен его лояльностью к некоторым личностям, которые когда-то поддерживали Зиновьева. Они беседуют вроде бы по-дружески, но у каждого свои мысли на лбу написаны.

    Прилизанный и аккуратненько одетый Шарок пытается стучать в дверь кабинета Березина, его отзывает Дьяков. Сообщает, что из Ленинграда приезжает Запорожец и набирает себе молодые кадры на хорошие посты. Шарок тоже в списке. Если он хорошо проявит себя в Ленинграде, то вернется в Москву на высокую должность. Шарок страшно доволен развитием событий. Дьяков уходит, Шарок движется к Березину. Тот интересуется, хочет ли Юра учиться в высшей школе НКВД. Шарок очень хочет, но его, наверно, Запорожец заберет в Ленинград. Березин слегка обалдевает от таких новостей и говорит, что тогда никаких предложений нет, Шарок свободен.

    К Будягину приходит сам Березин. Рассказывает о том, что Запорожец набирает команду для Ленинграда, а он об этом узнает случайно. Там готовят какую-то акцию. Он так думает еще и потому, что Алферова, которого Киров хотел к себе, отправили в Сибирь, а Кирову подсунули Запорожца, человека Ягоды. Будягин возражает, что недовольство Сталина Кировым общеизвестно. Сталин хочет развязать террор, а Киров сопротивляется. Очевидно, задача Запорожца организовать инцидент, который сломает Кирова. Березин говорит, что Киров никогда не отступит. Он рассказывает Будягину, как Сталин когда-то приказал ему расстрелять бригаду специалистов, вина которых не была доказана. На просьбу Березина о разбирательстве Сталин ответил, что смерть решает все проблемы. Нет человека – нет и проблемы. Будягин задумался.

    Костя развлекается камнями, которых у Вари целая коллекция. Он их кидает об сетку кровати. Они отскакивают, он их ловит. Варя молча подносит к нему коробку, где они должны лежать. Он нарочно медленно отдает по одному эти камни. Она демонстративно укладывает их назад. Последним в руке у Кости оказывается тот самый кусочек метеорита, когда-то подаренный Сашей. Варя забирает его из коробки и выходит из комнаты. Она сидит на полу в коридоре. Выглядывает сосед и приглашает на чай. Варя ходит по его комнате и рассматривает книги. Показывает ему кусок метеорита. Ах да, большое небесное тело, которое встретилось с Землей. Александр придавал очень большое значение этому явлению. Говорил, что это знак для России свыше. Мечтал поехать на Тунгуску. Варя замечает, что теперь его туда отправили в ссылку. Сосед уходит ставить чайник.

    Софья Александровна пишет Саше письмо. Предлагает Варе написать что-нибудь, Саша в каждом письме ей приветы передает. Варя тем временем перебирает вещи, которые будут посланы Саше. У нее в руках "Евгений Онегин", она цитирует: "Ответа нет. Он вновь посланье. Второму, третьему письму ответа нет…" Ну что она ему напишет? Про контору ему неинтересно… Просто передавайте привет. Укладывает книгу в посылку, туда же мама сверху кладет письмо. Варя накрывает его руками.

    Варя выходит из подъезда и видит, как Юру Шарока на носилках грузят в "скорую". Мама рассказывает соседкам, что аппендицит схватил. Шарок жалобно смотрит на отца и говорит: "Что же, теперь Ленинград отменяется?" Отец в непонятках, какой еще Ленинград… (Напомнило сцену из "Карлсона": Папа, а что, собаки не будет?!")

    К Юрочке пришли посетители, Лена Будягина несмело входит в палату. Шарок лежит на кровати, очень рад ее видеть, явно не ожидал. (Красивый черт!) Лена сначала жмется к стенке, но потом подходит, присаживается на стул. Спрашивает, долго ли его здесь продержат. Ну, недели две-три… Юра дотрагивается до ее руки. Лена тут же встает и уходит, но обещает навещать.

    Варя с сослуживцами празднует свое принятие на должность. Предлагают идти в ресторан. Они сидят за столиком, мимо проходит дама с сигаретой, весьма красноречивой наружности. Присаживается за соседний столик и наблюдает за Варей. Сотрудница подмечает, что у служащих рабочий день заканчивается, а у шлюх начинается… Дама подходит к ним, просит спичку. Спрашивает у Вари, как той живется с Костей? Ничем он ее еще не наградил? У него много жен было, она вот 200-ая, Варя 201-ая… Варя молчать тоже не умеет: "Гражданка проститутка, пошла вон!" Иван Владимирович начинает возмущаться, пытается ее спровадить. "Гражданка" звереет от слов Вари, обзывает ее дрянью. Варя думает, что она одна у Кости? Да у него этих жен вагон, и все с трипперами ходят! Варя убегает, на лестнице ее догоняет Иван Владимирович. Успокаивает, что она еще встретит большую любовь.

    0

    8

    8 серия
    1934 год, Москва
    Варя стоит в коридоре, входит Софья Александровна. Смотрит на Варю, говорит: ну, ставь, я не смотрю. Варя вынимает из-за спины фотографию Саши и ставит на комод. Она чем-то расстроена. Софья Александровна рассказывает, что пришел днем Костя, привел мужчину и они, даже не закрыв за собой дверь, начали перебирать ружья, а она ведь просила убрать их из дома. Варя бесится, но не знает, что же делать. Она не может его выгнать. Он сказал, что не уйдет, а она его видеть уже не может. Рассказывает про накидку, про бильярд, про кучи денег, про проституток, которые ее обзывают… Но и уйти она не может, потому что тогда он останется здесь и Софья Александровна его вообще никогда не выгонит. От бессилия опустилась на пол, обхватила себя руками. Софья Александровна спрашивает, почему та раньше не рассказала. Обнимает по-матерински. Варя плачет, ей было стыдно рассказывать… Софья Александровна закуривает. "Вы же не курили!" "А вот теперь закурила…" Говорит Варе собирать вещи и уходить, она сама с ним разберется. Варя собирает только свои вещи, проходит к дверям. Возвращается, забирает фотографию Саши и уходит. Софья Александровна смотрит ей вслед и улыбается.

    Варя приходит домой. Нина спрашивает: "Кончилось семейное счастье?" "Угу." Падает на кровать. Дома хорошо…

    Варя подходит к телефону, поднимает трубку, опять вешает. Потом снова поднимает, набирает номер. Софья Александровна сообщает, что все в порядке, Костя ушел. Вариной радости нет предела, она мчится к ней. Они обнимаются, Варя полна энергии, спрашивает, как же это удалось? Да очень просто. Сказала, что закроет дверь на цепочку и вызовет милицию, если будет ломиться в дверь. Костя собрал вещи, только свои и ушел. Софья Александровна пишет Саше письмо. Варя сидит рядом. Берет лист бумаги, пишет что-то на нем и дает прочесть Софье Александровне. Та говорит, что конечно можно, даже очень нужно. Ему ведь никто кроме нее не пишет. Варя берет листик и пишет, диктуя себе под нос: "Здравствуй, Саша! Я сейчас у твоей мамы, пишем тебе письмо. У нас  все хорошо, мама твоя здорова, я работаю в Моспроекте. Как бы я хотела  знать, что ты сейчас делаешь. Варя".

    Под голос Вари меняется картинка, мы уже видим деревню Мозгову.

    Саша беседует с Алферовым (его играет Михаил Филиппов). Тот сообщает Саше, что бежал Борис Соловейчик. Предупреждает, что он обязательно должен с Сашей связаться, ведь он его единственный друг здесь. Просит отговорить Бориса от побега. А также предупреждает, что укрывательство беглого не в его интересах, для него могут быть неприятные и серьезные последствия.

    Саша кушает, Зида, улыбаясь, наблюдает за ним. Тот хвалит еду. Зида начинает рассуждать, что у него наверняка есть кто-то в Москве, а с ней он так, от тоски. Но она все равно рада. Ну скажи, ведь есть кто-то в Москве? Саша задумался на секунду, что-то вспомнил. Да, есть. Зида расстроена, хочет что-то спросить. Он ее перебивает: "Ее зовут Варя." Зида расплакалась. Саша не знает, куда себя деть, ему неловко. Зида быстро справилась с собой. Вытерла слезы и предложила тост за Варю.

    Варя на работе, очаровательно выглядит с карандашом, торчащим из прически. Ей говорят, что звонит Костя, но она не хочет с ним говорить. Тем не менее, Костя передает, что будет ждать ее в парке.
    Варя и Костя идут по улице, разговор на повышенных тонах. Он не советует ей ходит по ресторанам без него. Она согласна, ей надоело везде встречать его шлюх. Между ними все кончено. Но они же так хорошо жили, она была всем довольна! А теперь из-за нее он оказался на улице, без жилья. Начинают горячо спорить, все время перебивая друг друга. Она ведь просила не приносить ружья. Он еще рассчитается с этой старой стервой, Софьей Александровной. Она постоянно критикует правительство, видите ли, у нее сына забрали! Ничего, он все расскажет, она свое получит! Варя звереет, кидается на него. Пусть только попробует такое заявить, она скажет, что это все Костя сам говорил, она ведь единственный свидетель и поверят ей, а не ему. Костя достает пистолет и угрожает ее убить. Варя сначала здорово испугалась, но потом начала наступать на Костю, ругать и задирать его. Ну, стреляй! И сразу вышку получишь! Костя убегает, потому что она стала слишком громко кричать.

    Вика чинно завтракает со своим мужем-архитектором, который явно старше ее лет на 20. Он сообщает, что приедет поздно, поедет проведать своих детей. Вика психует, ей надоело постоянно сидеть дома, она скучает. Муж предлагает ей устроиться на работу или пойти учиться. Да как он мог ее так оскорбить?! Ей, жене архитектора РАБОТАТЬ??? Она жалуется папе, что муж ее не замечает, ему только его дети нужны, а они уже взрослые, могли бы и сами себя обеспечивать. Папа отмахивается от нее, пойди, мол, развлекись.

    Вика беседует с певицей Нелли. Та объясняет, что перед Викой, как перед женой архитектора теперь открылись новые возможности, она теперь может сама решать, кого осчастливить своей благосклонностью. Предлагает рискнуть, зайти к ней домой, они с иностранцами общаются.
    Нелли рассказывает Вике про мужиков, сидящих за столом. Вот хороший кадр, он француз, но в их семье женятся только на русских. У него, правда, есть невеста, но это не страшно, Вика и не таких отодвигала. Начинают примерять платья, в тот момент, когда Вика стоит в нижнем белье заходит тот самый француз. Он улыбается: "Pardon…" и выходит. Подруги смеются, теперь надо ковать, пока горячо!

    Варя спит на книге. Нина будит ее, уговаривает идти спать. Ну зачем она пошла учиться на вечернем, надо было бросать работу. Хватило бы им ее стипендии и зарплаты Нины, а уж тряпками ее Костя на 5 лет вперед обеспечил. У Вари свои выгоды – ей не приходится ходить на партсобрания. Пусть они там сами славят своего самого лучшего и самого мудрого! Бараны! Нина замечает на стене фотографию Саши. Просит Варю снять ее, она висит прямо напротив фотографии Сталина. Варя не собирается этого делать. Да кто такой этот Сталин? Ах, она не спросила разрешения повесить Сашино фото? Так ее тоже не спросили, когда вешали на стену этого "лучшего машиниста"! Нина вскипает. Да кто он тебе, этот Панкратов? Муж? Нет. Жених? А что же ты его не ждала, замуж за этого дурака вышла? Саша никто и он не будет висеть на этой стене. Варя не остается в долгу. Зато Сталин для Нины и муж, и любовник, и брат… Обе бросаются к ненавистным для них фотографиям и срывают со стены. Начинают отбирать их друг у друга. Нина просит Варю закрыть рот, иначе кому-то из них придется уйти из этой квартиры. Она член партии и не собирается случать подобные речи. Варя высказывает ей, что сейчас модно стучать на родственников. Успокаиваются, обмениваются портретами. Но в дверь уже стучат. "Доигрались…" Варя открывает дверь, там сослуживец с большой корзиной цветов, которую вручает Варе. Нина интересуется, что, новый поклонник-бандит? Да нет, это так, начальник…

    Саша собирается на охоту, старик предупреждает его, что в лесу встречаются медведи, чтоб он был осторожен. В лесу Саша слышит какие-то шорохи, но не обращает внимания. Стреляет в птицу. И тут кто-то начинает стрелять по нему. Он прячется за деревьями, стрелок убегает. Саша возвратился в деревню, идет к психованному охотнику и прижимает его к стене. Говорит, чтоб оставил его в покое, иначе Саша с ним будет разбираться серьезно, ему ничего не страшно и никто не догадается.

    Саша снова в лесу, собака забежала в какие-то развалины, когда-то они были домом. Начала гавкать на кого-то. Саша подходит ближе и видит Бориса Соловейчика, который отгоняет от себя собаку.
    Борис рассказывает, что его невеста тоже в ссылке, их развели по разным местам. Он просил отправить его к ней, но отказали. Вот и решил сам к ней пойти. Теперь уже вернуться не может – посадят. Саша говорит ему про Алферова, что тот все знает. Предлагает разумный выход. Надо прийти и сказать, что, мол, шел к Алферову, хотел попросить отправить к невесте. Тот пойдет навстречу. Но Борис не хочет, для него нет другого пути. Просит принести какой-нибудь еды. Садится под деревом и ждет возвращения Саши. Саша приносит большой пакет с едой и шарф. Говорит, что если он передумает, то Саша будет его здесь завтра ждать. Но Борис не передумает...

    К Саше приходит женщина с мальчиком. Она тоже ссыльная. После побега Соловейчика их распределили по-новому, она сюда попала. Борис ей когда-то говорил, что Саша хороший человек. Сможет ли он помочь ей снять жилье? Саша обещает узнать у учительницы про жилье и выходит. Заходит в дом к Зиде. На столе лежит раскрытая тетрадь, он начинает читать, ему не нравится. Это ее дневник, она пишет и про него тоже. Он накричал на нее, бедную, что из-за ее писанины могут люди пострадать, приказал вырвать все страницы, где написано про него и сжечь и ушел. На столе стоит поднос. Женская рука кладет в него помятые листки бумаги и поджигает.

    Беседуют Марк Александрович, Киров и Орджоникидзе. Обсуждают строительные планы Марка. Мимо проходит Сталин, здоровается, но на Кирова ноль внимания. Марк уходит за ним. Орджоникидзе делается плохо, Киров его усаживает. Тот говорит Кирову, чтоб он не уезжал, пусть поживет у него пару дней. Киров ничего не хочет слышать, у него какой-то доклад. Но Орджоникидзе знает Сталина. Когда тот на кого-то вот так не смотрит – жди беды…

    В помещении похожем на конюшню встретились Лена и Юра. Лена очень сильно изменилась, говорит громко и твердо. Куда только подевалось тихое и нежное создание! Она сообщает Юре, что они расстаются. Далее следует нервный и неприятный разговор. Она не хочет его больше видеть. Юра не понимает, чем вызвано такое решение. "Ты что, напилась?" В принципе, он даже не против жениться, если только в этом дело. Только вот она не хочет видеть его своим мужем. Он спрашивает, не из-за Вики ли такое решение? Да нет, Вика тут ни при чем. Лена понимает, что рассекретила Вику, но ей нет до нее дела. Юра бегает возле нее, пытается схватить за руки, но она не дается. Ты хочешь знать, почему? Я беременна. Только теперь не будет никаких абортов и никакого кипятка!!! Юра пытается высказаться, что, может быть, они поженятся... Нет, им обоим этот брак не нужен. Она не хочет иметь с ним ничего общего. Он наврал ей, что помогал Саше, он все время ей врал. Больше такого не будет. Юра мечется вокруг нее, он не может поверить, что она так изменилась. Зачем же она приходила к нему в больницу? Да просто проведывала, как друг, волновалась за тебя. Они переходят на крик. "Но, Лена, я люблю тебя! Ты тоже любишь меня, я знаю!" Юра в отчаянии опускается на пол, в его карьерные планы явно не входит внебрачный ребенок от дочки наркома... Лена присела возле него: "Нет, Юра. Просто женщины неразумные создания, они все время чего-то ждут, надеются на чудо. Я любила не тебя. Я хотела думать, что ты другой. Я ждала, что ты изменишься..." Юра начинает опять возражать, хватает ее за плечи, трясет. Лена вырывается, выбегает во двор. Во дворе две старушки смотрят вслед бегущей девушке. Юра выскакивает вслед за ней и кричит: "ЛЕНА!!!" Но Лена не обернулась. У нее больше нет иллюзий.

    +1

    9

    9 серия
    1934 год, Москва
    Лена сидит за столом, голову положила на руку, смотрит на тарелку. Мать уговаривает ее поесть. У нее отрешенный взгляд, она медленно отодвигает от себя тарелку, далеко, на сколько хватает руки. Потом поднимает голову, садится прямо, пытается выпить чай. Неверной рукой берет чашку, подносит ко рту, потом резко ставит, зажимает рот рукой и убегает. Отец смотрит ей вслед и спрашивает у жены, неужели опять беременная? Мама отвечает, мол, похоже на то. Будягин выходит из себя: "Опять этот сукин сын!", бросает салфетку и выходит вслед за Леной.

    Лена сидит на кровати, заходит отец. "Ну, что, хочешь сделать меня дедушкой?" "Да, если получится…" "Должно получиться! Прошлая история не должна повториться!" Присаживается к ней, нежно обнимает, укачивает, как маленькую. Спрашивает про отца ребенка. Он догадался, что это ее одноклассник, Юра. А он знает про ребенка? Вы хотите пожениться? "Ни в коем случае!" Вот и хорошо, вырастим ребенка сами. Только вот не будет ли отец предъявлять права? "Никогда!" Но она должна прекратить с ним общение, отсечь его от себя… А она это уже сделала. (Очень нежная и трогательная сцена – сильный отец хочет успокоить и защитить свою маленькую дочку)
    Приходит мама и сообщает, что к отцу пришел Рязанов. Будягин уходит, а мама обнимает Лену, гладит ее по плечу и говорит: "Все будет хорошо!"

    Рязанов жалуется Будягину, что его отсылают в Кемерово, поднимать Кузнецкий бассейн. Он не против работы, но хочет знать причину этой отсылки, а Сталин его не принял… Просит Будягина выяснить, почему на него завели личное дело. Тот говорит, что попытается помочь. Спрашивает, как племянник. Марку эта тема не по душе. Он холодно и резко говорит: "Саша в ссылке!" Будягин интересуется, где. "В Сибири." Марк поднимается чтобы уходить. "Так ведь Сибирь большая…" "Ну, где-то на Ангаре!" Марк уходит раздраженный этими расспросами.

    Беседа в кабинете Сталина. Ведутся рассуждения следующего характера: кому было выгодно убийство Кирова? (Таким образом, мы узнаем, что Сергея Мироновича таки не спасли ни партия, ни доклад, ни Орджоникидзе) Так ведь Троцкому, Зиновьеву и пр. Вот и надо добиться от них признания, все просто! Сталин сидит в одной позе, боком на стуле, смотрит куда-то вниз. На нем все тот же пуховый платок. Откровенно говоря, выглядит он совершеннейшей развалиной. В кабинет входит адъютант и напоминает Иосифу Виссарионовичу, что тому необходимо в 12.00 выпить лекарство. Сталин взял стакан со стола, собрался пить, затем передумал и поставил назад...

    1935 год, Сибирь.
    Лидия Григорьевна (ссыльная дама с мальчиком) показывает Саше газеты. Сообщает, что убит Киров. Зачитывает цитату: "Убийца подослан врагами рабочего класса. Личность преступника выясняется." Где же логика? Еще не знают, кто убийца, но уже знают, кем он подослан? Серьезно говорит, что наступают черные времена.

    Зида с Сашей сидят возле печи, он ее обнимает сзади. Она сообщает Саше, что скоро уедет домой, в село пришлют новую учительницу. Саша размышляет, что дома лучше. "Хорошо там, где тебя любят. А ты меня не любишь…"

    Вика, Вадим и их отец скандалят. Точнее, Вадим беснуется по поводу того, что Вика собралась замуж за иностранца, а теперь карьера Вадима теперь погибнет. Ведь теперь у него будут "родственники за границей". Притом не какая-то десятиюродная тетка, а родная сестра, которая ушла от мужа к антисоветчику! Вика возражает, что их брак официально зарегистрирован, она взяла фамилию мужа и у нее есть официальное разрешение на выезд. Вадим бесится еще больше. За границу высылают, это позор, а Вика сама туда уезжает! "Да о таком позоре только мечтать можно!! Я не могу жить в этой стране! Всего бояться, ждать, когда тебя заложат, закладывать самому…" Далее следует полуссора-полудрака Вадима с сестрой с взаимными оскорблениями. Вику обозвали ресторанной шлюхой, дрянью, а Вадима всего лишь назвали трусом…

    Варя зашла к соседу, Михаилу Юрьевичу. Он пишет отчет по работе. Она говорит, что статистика – это наверняка ужасно скучно. Сосед возражает, что за цифрами стоит жизнь. Вот, например, доклад Сталина: за 4 года мы потеряли 153 миллиона голов скота – во время сплошной коллективизации и раскулачивания вредители уничтожали свой скот. А ведь у нас в стране всего-то 5% кулаков… Варя размышляет, что это не от вредительства, просто в колхозы загоняли спонтанно, всех подряд, а помещений для скота не было, из-за морозов и нехватки корма и дохла скотина. Михаил Юрьевич советует Варе ни с кем и никогда об этом не говорить… Варя не согласна с таким решением вопроса. Она становится очень серьезной и начинает нервно говорить: "Да, давайте будем все молчать! Я на Брянском вокзале видела толпы людей, они сидели просто на полу, не могли идти от истощения. Они бежали из Украины, от голодомора. А их швыряли по всему вокзалу, умерших просто выбрасывали… Сталин ведь никогда об этом не скажет!" Михаил Юрьевич говорит, что в 1937 году будет перепись населения. Сейчас уже можно сказать, что потери в населении составят 13 миллионов человек. Варя интересуется, сколько же погибло в войну. А в войну погибло 1,5 миллиона, а за всю Первую мировую во всех странах – 10 миллионов. "Так, значит, за 1,5 миллиона мы скинули царя, а за 13 миллионов кричим: "Спасибо товарищу Сталину за нашу счастливую жизнь"!!! Мы же интеллигенция! Мы все будем молчать!"  (удивительно изменилась Варя за этот год, она ожесточилась и посерьезнела)

    Саша принес гостинец мальчику Тарасу и его маме. Говорит, что написал письмо Сталину. Он был пионером, потом комсомольцем, он верит в партию, его дело должны пересмотреть! А еще он пишет о тунгусском метеорите. Может быть, это кому-нибудь когда-нибудь будет интересно. Отослал все рукописи маме, у нее все надежно сохранится. Лидия Григорьевна замечает, что в таком случае первым читателем будет оперуполномоченный Алферов…

    Вика прислала письмо, но без штемпелей, очевидно, кто-то просто привез его "оттуда". Отец рад, вика пишет, что письма можно передавать через певицу Нелли Шереметьеву. Вади же совсем не в восторге от этих писем, кричит, чтоб отец не смел с ней переписываться. У Вадима идеологическая работа, а Вика совершенно об этом не думает. Ей теперь все равно, она уехала и о них не думает. Она их не пожалела, так почему они должны ее жалеть?

    Варю на работе ждут коллеги, все собрались на демонстрацию. Женщина (очевидно, парторг) возмущена тем, что Варя не пришла. Она же на вечернем учится, значит идет не с институтом, а с сотрудниками. Левочка на ходу сочиняет историю любви Вари и студента с дневного отделения, с которым она, якобы, пошла на демонстрацию. Дама еще больше возмущена тем, что у Вари любовь, а у нее отчетность портится! Все уходят, а Игорь Владимирович интересуется у Левочки, правда ли рассказанная им история. Весь его вид демонстрирует глубокую заинтересованность, несмотря на маску простого любопытства. Левочка признается, что сочинил все, начальнику полегчало, и все пошли на демонстрацию, прихватив флаги и транспаранты.

    Варя смотрит из окна, как во дворе собирается народ, все празднично одеты, у многих флаги в руках. Усмехается: "Бараны!" Сдувает пыль с пластинки, включает румбу и начинает танцевать.

    Будягин пришел с работы. Жена пишет что-то и жалуется, что ее лекции все пересматриваются и переписываются. Она должна читать лекции о международном положении, а читает только похвалы Сталину и описывает события месячной давности. Муж предлагает выяснить этот вопрос. Да ничего он не сделает! Только себе хуже будет. Сталин так подобрал под себя власть, что теперь уничтожит каждого на своем пути. Но что же делать? А надо ждать его краха, ведь он не вечен! Будягин возражает, что это будет и нашим крахом. А ну и пусть! У них беременная дочь, она хочет спасти ее и будущего внука. А Сталин уничтожит Будягина, если он только попытается встать на пути…

    1936 год
    Вадима Марасевича вызывают в НКВД к товарищу Альтману. Тот резко спрашивает, с кем Вадим вел контрреволюционные разговоры. Вадим ни с кем на такие темы не говорил… Вранье! Он ведь член Союза писателей, неужели писатели ни о чем подобном между собой не говорят?! Даже если сам Вадим в этих разговорах не участвовал, то наверняка что-то слышал, что-то про кого-то знает!!! А еще у отца бывают иностранцы. О чем они говорят? "Да они все про медицину, у меня отец профессор медицины." Вадима заставляют написать список иностранцев, которые бывают у них дома и пока отпускают, приказав при этом никому про сей разговор не распространяться.

    Вика прислала письмо, благодарит отца за весточку. Вадим опять взрывается, ставит условие: либо отец прекращает общение с Викой, либо они разъезжаются на разные квартиры. Запуганный интеллигентный профессор соглашается прекратить переписку.

    Вадим звонит Шароку и приглашает того встретиться. Они сидят в столовой у Марасевичей, обедают. Рассказывает про вызов и беседу с Альтманом. Юра рекомендует быть очень осторожным и беречь себя от подобных встреч. Также Вадик проболтался про то, что был приказ никому о том разговоре не рассказывать. Шарок взбесился, ведь он офицер и обязан доложить о рассекреченном разговоре. В какое положение его Вадим поставил? Но что же делать Вадиму, ведь Юра – единственный, у кого он мог попросить совета. Шарок наказывает никому про тот и этот разговоры не распространяться. "Никому ни слова! Ты не понимаешь, во что ты влез! Один случайно рассказанный или услышанный анекдот – статья!"

    В НКВД один большой начальник собрал молодняк и объясняет им политику партии. Все сидят, словно шпалу проглотили, смотрят перед собой в одну точку, глаза абсолютно пустые. Ну, просто сбор роботов в гимнастерках. Итак, раскрыт заговор Зиновьева и прочих, задержаны многие личности (роботы аплодируют). Их, следователей, задача – записать признания. Любыми средствами. Шарок тем временем оглядывает сидящих напротив. У всех на воротничках нашито по два красненьких ромба. У Юры один. Взгляд сосредоточенный, ничего хорошего не предвещает. Тем временем, начальник сообщает всем, что они поступили в его распоряжение и отправляет по рабочим местам.

    Саша принес грибов Лидии Григорьевне. Та попросила починить швейную машинку. Рассуждает, что затеваются показательные процессы. Убийство Кирова – только начало! Если ее отправят в Москву, то Тарас поедет в детдом для врагов народа. Ведь он ей не родной сын, она его подобрала, когда ездила раскулачивать одно из сел. Его родители ссыльные кулаки. Так что он уже дважды ссыльный…

    Панкратову сообщают, что его портниху увозят, за ней приехали. Во дворе стоит телега, на ней вещи и сидит Тарас. Лидия Григорьевна идет рядом с повозкой, говорит, что их, наверняка, в Москву отправляют. Саша обещает их там разыскать, у него скоро срок заканчивается. "Ага, встретимся! На Лубянке или в Бутырке…" Повозка выезжает за ворота, Лидия Григорьевна постоянно оборачивается, машет рукой Саше, прощается. Вокруг человек шесть военных на лошадях. Саша смотрит вслед всей этой процессии, глаза грустные-грустные…

    Шарок в подвале допрашивает Лидию Григорьевну. В глазах его видны только вторые красные ромбики на воротничке… Она заявляет, что не будет отвечать на вопросы, пока ей не скажут, что сделали с ее ребенком. По пути их разлучили, она объявила голодовку. У мальчика нет документов, о не ее сын, рассказывает историю Тараса. Шарок дружелюбно обещает помочь ей в обмен на сотрудничество. Троцкий за границей собирает коалицию. Просто скажите, что террористическая группа была, что ей поступали директивы... Подумайте, а завтра вас вызовут. Она интересуется, со всеми ли он заключает подобные сделки и шантажирует детьми? Шарок начинает орать, что у них есть и другие методы, демонстрирует ей всяческие орудия пыток, лежащие поодаль на специальном столе (от автора: просто операционная какая-то, белых халатов только не хватает…). "Примите наши условия". Присаживается возле ее стула и тут же получает плевок в лицо. Юра зеленеет от злости, в глазах бешенство. В то же время, он внешне настолько спокоен, что становится страшно. Он медленно утирается, встает, обходит стул и бьет наотмашь бедную женщину по голове. Бьет до тех пор, пока она не падает со стула без движений. Медленно обходит ее, садится за свой стол и продолжает вытирать платочком лицо.

    Варя сидит в чертежной комнате одна, из источников света – одна лампа под кульманом, от такого света ее лицо и волосы будто сияют. Она положила ладошку на лист и задумчиво обрисовывает карандашом каждый пальчик. К ней подсаживается Игорь Владимирович, предлагает проводить домой. Она разрешает. Все время разговора Варя сморит на свои руки на листе, он же сидит в полумраке чуть за ней и смотрит восхищенно-преданным взглядом. Говорит, что хотел бы больше узнать о ней. Она отвечает, что учится на вечернем. Если ему интересно – может рассказать о сопротивлении материалов. Ему очень хочется ее утешить. Он любит слушать музыку, ходить в театр. А мечтает о том, что они будут слушать музыку вместе… Когда она болела, он хотел ее навестить, подошел к квартире, но не решился позвонить, так и ушел… Варя на него не смотрит. "Вы помните, год назад я послал вам корзину цветов? С тех пор ничего не изменилось…" Варя решается: "Игорь Владимирович, я люблю одного человека. Он очень далеко, но через год он вернется. Я его жду". "Хорошо, тогда я тоже буду ждать!" Игорь Владимирович уходит, Варя остается, смотрит на свои пальцы на ватмане. Сводит их вместе и разводит… Потом резко бьет рукой по листу и разрывает его…

    0

    10

    10 серия
    1936 год.
    Вадима по телефону вызывают в НКВД к Альтману. Отец показывает ему статью о театре, спрашивает, как он может писать такое про людей, с которыми дружила его мать. И это через полгода после того, как сам расхваливал этот театр в своих статьях. Что поделать, Вадим идеологический работник и подчиняется линии партии, он не может просто писать то, что приходит в голову. Отец расстроен тем, что теперь многие друзья откажутся их принимать. "Ну и что, найдутся лучшие дома!"
    Альтман слушает доклад Вадима. Тот смиренно рассказывает, что у Альтмана не случайно возникали подозрения насчет него. Наверняка поводом послужил анекдот, рассказанный Вадимом парикмахеру. Альтман интересуется анекдотом.
    Вызывает Сталин Радека и говорит:
    - Слышал, ты анекдоты сочиняешь. И даже про меня. Зачем же про меня? Не стоит. Не забывай, что я вождь!
    Радек:
    - Вождь? Такого анекдота я еще не слышал!
    На вопрос, откуда был услышан анекдот, Вадим сначала отвечает, что не помнит. Как только Альтман поднимает на него глаза, память чудом проясняется: рассказал литературовед Эльсбейн. Вадим трепещет перед следователем и говорит торопливо, с подобострастной улыбкой. А рассказал он анекдот только парикмахеру. А тот реагирует одинаково на все анекдоты: "Без Льва Давыдовича здесь не обошлось…" Альтман аж встает с кресла. "Какого Льва Давыдовича???" Вадим с перепугу тоже пытается встать. "Сидеть!!!" "Ну, без Льва Давыдовича Троцкого…" Альтман интересуется, кому и какие анекдоты он еще рассказывал. Вадиму совсем стало страшно. Он вообще никогда никому и никаких анекдотов не рассказывал… Ну, разве что бытовые, но не политические. Альтман выходит из себя, его, кажется, хотят выставить дураком. Предлагает им поменяться местами, может тогда Вадим все вспомнит! Успокаивается и продолжает прессинг. Спрашивает, знает ли он Сашу Панкратова. Писали ли в его защиту письма? Вадим честно рассказывает, что с Сашей учился в одном классе, письмо хотели написать, называет всех, кто был тогда у Будягиных. Так, с этим ясно. А иностранцы, которые к вам приходят, разве они только наукой интересуются? За одного даже ваша сестра замуж вышла. Вообщем, обложило НКВД Вадима, как могло, и он попался на их удочку. Отныне он будет помогать в борьбе с врагами партии и державы. Вадим подписывает документ, что отныне он будет в письменной форме докладывать обо всех антисоветских разговорах и увиденных вещах. Также обязуется рецензировать произведения литературы и искусства. Писать может не под своим именем. Если хочет, то может писать под именем "Вацлав".

    Бородатый старик в профессорских очках стучит в решетку камеры, просит не топить не так сильно, у него астма. Начинается приступ, к нему приводят доктора. (ужасная сцена: подвал, грохот сапог конвоиров, несчастный старик, скрючившийся на полу камеры…) Врач выходит из камеры сообщает оперу, что те могу продолжать. Опер говорит, что главное – это чтобы старик не умер. Ведь это Каменев – основной обвиняемый. Если он умрет, то никакого процесса не будет… Врач все понял, пообещал, что тот будет жить.
    Допрашивают Каменева. Выглядит он уже получше, но в глазах вселенская усталость. Ему внушают, что на открытом процессе он должен подтвердить, что по указке Троцкого готовили убийство Сталина и других членов Политбюро. А одно даже осуществили – убили Кирова. Но Каменев никогда такого не скажет. А Сталин сказал, что в случает отказа его будет судить закрытый военный трибунал. "Вам нужна моя голова? Принесите ее на блюде Сталину… Вы уничтожаете всю ленинскую гвардию…" Нарком сообщает Каменеву, что на его сына тоже заводят уголовное дело, он-де собирался покуситься на жизнь Сталина. А по новым указам дети старше 12 лет получают наказание в полной мере, так что его младшего сына ждет расстрел. Каменев сломался, он просит позволения поговорить с Зиновьевым.
    Каменев и Зиновьев разговаривают в одной из комнат, в другой комнате НКВД-шники слушают их беседу. Каменев говорит, что для безопасности своих семей они должны согласиться на открытый судебный процесс; Сталин должен пообещать взамен на их показания сохранить жизнь их семьям. Зиновьев не согласен, он считает, что Сталин прежде всего должен пообещать сохранить жизнь им в обмен на обвинения Троцкого. Причем пообещать в присутствии всех членов Политбюро. Тогда это будет гарантия.

    Каменев и Зиновьев на заседании Политбюро, стоят, руки за спиной, рядом конвоир. Они вымыты, одеты, почти причесаны. Зиновьев выглядит смешно: маленького роста, кучерявые волосы торчат во все стороны (этакий черный одуванчик), очень трогательный взгляд. Ну, совсем не похож на врага народа… Сталин все время улыбается в усы, страшно доволен унижением этих двух интеллигентных людей. Все остальные члены Политбюро тоже посмеиваются над ними. Зиновьев твердым голосом говорит, что они не имеют отношения к убийству Кирова. Сталин играет с ними, говорит вроде бы серьезно, но сам смеется. Каменев говорит, что раз уж их признание необходимо партии, то они пожертвуют своей честью. Но теперь Сталин хочет, чтобы они вышли на суд, где их, личных друзей Ленина, изобразят как бандитов и убийц! Это же нанесет урон партии. Сталин говорит, что они ведь и сами позор для партии: "Ну и что же нам теперь делать? Мы теперь как сволочи получаемся?" Сам смеется своему остроумию, за ним хихикают все присутствующие. Зиновьев в гневе, он встает и от своего имени и от имени Зиновьева соглашается со всеми обвинениями, но просит не расстреливать оппозицию за их прошлые дела и нынешнюю деятельность. Сталину они уже не интересны, он безразлично отвечает: "Конечно, а как же иначе. Конечно…" Зиновьев понимает, что их теперь ничто не спасет. Садится и опускает голову на стол…

    Шарок стоит перед начальником. На воротничке уже два ромбика. Ему сообщают, что по их отделению проходит дело наркома Ивана Григорьевича Будягина. Ему дают задание собрать команду на эту ночь и подготовить документы к его аресту. Юре нехорошо, он не знает, как выпутаться из этой ситуации… Начальник продолжает, Будягина Юра должен взять сам, вести себя вежливо. Шарок начинает возражать, он был когда-то знаком с Иваном Григорьевичем... "Враги партии перестают быть нашими знакомыми. И не надо чураться черной работы. Дзержинский сам ходил на аресты и не гнушался". "Будет сделано!" Юра со вздохом посмотрел на фотографию Железного Феликса и вышел из кабинета.

    Во дворе дома Будягиных Лена гуляет с ребенком. Она присела возле коляски и поет колыбельную, малыш плачет. Юра, прячась за фонтаном, наблюдает за ней. То улыбнется, то опять по сторонам глядит. На лице отражается внутренняя борьба. Он уходит, многократно оглядываясь.
    Шарок в своем кабинете приказывает подчиненному арестовать Будягина. Вести себя вежливо, обыск провести очень тщательно, там может быть очень много интересной документации. Шарок на сидящего почти не смотрит, катает в руках пресс-папье. Говорит отрешенно. А за кадром все время звучит голос Лены, поющей колыбельную… Шарок поднимает глаза на подчиненного и говорит: "Да я бы сам взял Будягина, но поеду брать одного комдива, у того может быть оружие. Я не могу рисковать людьми". Говорит, выпучив глаза. Кивает на дверь и холодным начальственным тоном, но тихо: "Иди и выполняй!" Человек уходит. Юра проглатывает комок в горле и его лицо на фоне фотографии Дзержинского выражает все его презрение к "черной работе".

    Нина приходит домой. Звонит по телефону Лена, сообщает, что папы больше нет. Его забрали. Нина бежит к Будягиным. Квартира почти пуста. Мама качает коляску и смотрит все время в одну точку, малыш плачет, а Лена мечется, собирая вещи. Нина нервничает, не может понять, за что же могли Ивана Григорьевича арестовать. Да и вообще, неужели им не дадут хотя бы 2 дня отсрочки, чтобы собраться по-человечески. Лена рассказывает, что на их квартиру наверняка уже есть претенденты, еще до суда переедут сюда. Нина говорит, что они просто сплетни собирают. Но Лена практически в истерике, тут уж не до сплетен. Нина пытается всех успокоить, сейчас им надо просто собраться, а потом все образуется.

    Шарок снова из-за фонтана смотрит на пустое окно без занавесок. Взгляд даже немножко грустный. Затем он отворачивается и медленно уходит…
    Юра смотрит на витраж, на нем изображены ангелочки и мифический воин на коне. Опускает голову, на лице отражаются муки совести. Но это быстро проходит, он приглаживает волосы и надевает фуражку. Постепенно камера отъезжает, и мы видим роскошные коридоры здания на Лубянке. Юра поворачивается и твердым шагом идет работать.

    Шарок заходит в кабинет наркома. Тот интересуется, какими языками владеет Юра. Французский школьного уровня, а немецкий учил в институте, почти не знает. Работать с иностранцами не сумеет. Французы говорят очень быстро. Повторяет последние слова несколько раз на французском языке по просьбе наркома. Иностранцев в семье не было, даже ни с кем не общался. За границей знакомых нет. Вот только Костин Максим после школы окончил пехотное училище, сейчас куда-то уехал, но куда именно – Юра не знает... Итак, его направляют в иностранный отдел, работать будет под началом у Шпигельгласа, он прекрасный разведчик. Юра страшно доволен.

    Нина лежит на кровати, слушает радио. Транслируют суд над Каменевым и Зиновьевым. Варя подходит и выключает приемник, спрашивает, как можно слушать этот параноидальный бред? Нина в замешательстве, у нее волосы дыбом встают, когда она слышит их признания. Какие сволочи рядом живут, а мы даже не подозреваем… Варя замечает, что волосы дыбом – это вредно перед сном. Спрашивает, неужели Нина верит, что Будягин мог подмешивать битое стекло в пищу детям? Нина опять в партийных раздумьях. Она плачет. Не знаешь, каким может быть человек на самом деле. "Но ты же его боготворила?" "Да, но теперь я не знаю, что делать. А вдруг мы включим радио и услышим его признание, что он предал Родину? А потом меня спросят, почему он мне давал рекомендацию. Что я отвечу? Страшно…"

    Мама ведет девочку в школу, оборачивается по сторонам, смотрит на идущих мимо людей. На крыльце прощается с дочкой и берет с нее слово, что та не будет плакать на линейке. Обещает, что скоро все будет хорошо. Дочка не произносит ни слова, смотрит все время на свои ботинки. Мама целует девочку и подталкивает к двери, сама смотрит ей вслед. К школе подходит Нина и, останавливаясь, наблюдает эту сцену прощания. Женщина, шатаясь, уходит, Нина провожает ее взглядом.
    Далее следует сцена, которую невозможно описать так, чтобы передать всю мерзость.
    В пустом коридоре школы около двадцати пионеров выстроились в ряд, первый держит пионерское знамя. Рядом стоит пионервожатая. Перед линейкой стоит та самая девочка, голова втянута в плечи, она словно сжалась вся, чтобы стать маленькой и незаметной. Под дирижирующие движения вожатой пионеры громко декламируют: "Папа Лены – враг народа!" Вожатая подходит к девочке и снимает с нее пионерский галстук.
    "Папа Лены – враг народа!" Нина подходит к линейке и останавливается. Мимо детей проходит директор школы, абсолютно не обращая внимание на происходящее.
    "Папа Лены – враг народа!" Вожатая берет за руку Лену, командует: "Все за мной!" Увидев Нину останавливается, смотрит ей в глаза, потом, тряхнув головой, продолжает свое шествие. Дети, как строй маленьких зомби, следуют за ней.
    Нина врывается в вожатскую и кричит на активистку. "Что за издевательство над детьми? Ей всего 9 лет! Это непедагогично. И потом, вы слышали золотые слова: сын за отца не в ответе! Сталин сказал, между прочим!" Вожатая бесстрастно отвечает, что провела эту линейку по указанию райкома комсомола и впредь будет ее проводить. Садится за стол и чинно складывает руки, как примерная ученица.

    Нина пришла к директору и возмущается происходящим. Это же дети! Лена отличница, ей всего 9 лет, как же можно такое устраивать? Директор со всей силы шлепает портфелем об стол. "Эта тема закрыта! У тебя всё?" Нет, Нину волнует еще один вопрос. Будягин арестован, а именно он давал рекомендации ей при вступлении в партию. И теперь она мучается вопросом: сообщить эту информацию или нет. Ну, если Нина продолжает с ним общаться, то, конечно, она должна сообщить об этом. Если нет – то откуда тогда ей известно об его аресте? Ах, Лена позвонила… А зачем? Не затем ли, чтоб ты с ней больше не встречалась и сама в историю не влипла!.. Нина здорово напугалась.

    Вадим принес Альтману очередное донесение. Тот предлагает ему плату за работу, но Вадим работает за идею. Альтман сообщает, что его парикмахер сопротивляется, вины своей не признает, и поэтому Вадим завтра приходит на очную ставку.

    Нина идет с работы, заходит во двор. На асфальте лежит труп женщины. Той самой, что прощалась с дочкой у школы. Тут же милиция и врачи. Соседки рассказывают друг другу, что у нее муж в тюрьме, дочку из пионеров погнали, вот она на себя руки и наложила. Теперь девочку в детдом отправят. Нине стало плохо, она бегом направилась к спасительному подъезду. Забежала в квартиру и рухнула на кровать лицом в подушку. Из радиоприемника слышатся веселые марши. Нина поворачивает голову. На столе стоит зеркало, в котором отражается висящий на стене портрет Сталина.

    1937 год.
    Сталин смотрит хронику, показывают тепловоз "Иосиф Сталин", рассказывают, какой он весь классный. Сталин откровенно балдеет. Одновременно Виссарионович обсуждает с наркомом предстоящие доклады на Пленуме. Опасаются за "здоровье" Орджоникидзе, который не поддерживает многие мнения. Сердце у него слабое, может быть удар, когда его сгонят с трибуны. "Он доверяет вам?" "Нет." "Ну, на нет и суда нет"… Сталин размеренно курит трубку, по экрану плывет тепловоз "Серго Орджоникидзе"…

    Альтман допрашивает парикмахера Феоктистова, тут же сидит Вадим. Несчастный парикмахер выглядит страшно, к нему явно применяли допрос с пристрастием. У старика трусятся руки, он судорожно кутается в тоненький платок, заикается, в глазах безумное страдание. Начинается допрос с простых вопросов "кто это?", "откуда знаете?" и т.д. А политические анекдоты Вадим не рассказывал вам? "Нет…" - Вадим подтверждает, что рассказывал анекдот, но просто так, без злого умысла. А гражданин Феоктистов ответил, что не обошлось тут без Льва Давыдовича… Вадим выглядит жалким и ничтожным, старика же просто жаль, но держится он как настоящий партизан… Альтман орет: "БЕЗ КАКОГО ЛЬВА ДАВЫДОВИЧА???" Вадим с усмешкой начинает уговаривать старика, чтоб тот не отпирался, ведь он взял всю вину на себя, сам ведь рассказал анекдот… Старик пачельно смотрит на него, во взгляде разочарование: "Эх, Вадим Андреич, Вадим Андреич…" (от автора: какой же ты придурок, Вадим Андреич!) Вадим меняется в лице, смотрит на свои ботинки и убирает ноги под стул…
    Женщина с заплаканным лицом стоит в пустой комнате и смотрит в окно. Заходит Сталин, кладет ей руку на плечо. Она обернулась, уткнулась лицом в его плечо и плачет. Тот гладит ее по голове и успокаивает. Потом сам садится за стол, наливает чай. Женщина тем временем рассказывает, что к ним пришел какой-то фельдъегерь, сказал, что слышал выстрел. Она вышла, а Григорий убит. Но ведь выстрела она не слышала! Так почему же думает, что его убили? Она, конечно, не настаивает, но все это как-то странно… Сталин резко сообщает, что Серго покончил с собой, но для всех он умер от сердечного приступа. Женщина пытается глотнуть чаю, но рука не может поднять чашку, дрожит так, что фарфор звенит и вот-вот разобьется. Сталин швыряет ей платок: "Давай, вытирай слезы!"

    Сталин по телевизору смотрит на похороны Орджоникидзе. Толпы людей с флагами, цветами… А вот и табличка на Кремлевской стене. А совсем рядом, слева, такая же табличка. Только на ней написано "Киров Сергей Миронович." Сталин доволен…

    Саша с чемоданом уходит из села, приезжает в Кежму. Просит у Алферова выдать ему документы, вчера закончился срок его ссылки. Он собирается ехать домой, в Москву. Алферов пытается ему объяснить, что Москва отныне закрыта для него, ему теперь подальше от нее надо быть. Остался бы здесь, тут уже привык… А то ведь может и в лагеря загреметь, после расстрела Каменева и Зиновьева меры по безопасности еще больше ужесточат. Саша настаивает на выдаче ему документов. Алферов дает справку, с которой он пойдет в милицию и обменяет ее на паспорт. И все же рекомендует уехать подальше от Москвы. Желает счастливого пути и наливает рюмку наливки на прощанье. Саша благодарит и уходит.

    Вот он идет по рельсам, по которым они шли с Соловейчиком. Присаживается на чемодан, курит…
    Панкратов идет по вокзалу. На соседний путь прибыл поезд со ссыльными, их под крики конвоиров выгружают, они прыгают прямо в грязь и тут же присаживаются, руки за головой. Саша обходит свой поезд. Как только заходит за него – бежит, что есть силы и запрыгивает в вагон. Поезд везет его домой. Стоя в вагоне, Саша прижимается лбом к стеклу и смотрит на ссыльных, над которыми ходят конвоиры, и мучения которых только начинаются…

    0

    11

    11 серия
    1937 год
    Панкратов идет по плацкартному вагону, находит свое место. На местах рядом сидят три НКВД-шника. Они вызывают проводника и говорят, что у них бронь на четвертое место, они должны принять человека по пути. Проводнику нет дела до брони, для нее документом является билет. Саша занимает свое место под недобрые взгляды соседей.

    Троица оперов кушает, приглашают Сашу поесть, пока свободен доступ к столу. Едят неаккуратно, выбрасывают мусор на пол в отместку проводнику. Извиняются за вчерашний прием, у них-то оружие, документы. Жизнь такая, что никому доверять нельзя. Сажают сейчас всех, вместе с женами и детьми. Саша возражает, что дети ни при чем. Но у оперов свое мнение, они "заботятся" о детях, отправляя их в детдом. Саша встает и выходит в тамбур курить. Из окна открывается вид на красивейшие ландшафты.

    К школе подъехал грузовик. Завхоз и двое старшеклассников открывают кузов, а там стоит бюст Сталина, привязанный веревкой к борту за шею. Вожатая залезает в кузов и строго спрашивает, кто это сделал. Просит позвать директора Алевтину Федоровну и не дает развязать веревку. Нина сидит в кабинете директора, когда две маленькие школьницы забегают и кричат: "Алевтина Федоровна, идите во двор, там товарища Сталина повесили!" Директриса и Нина выбегают за девчонками.

    Директор требует объяснений. Вожатая указывает на мальчиков. Те совершенно справедливо объясняют, что бюст мог расколоться, его надо было привязать. Вожатая беснуется: "А что, обязательно за шею?!" "А как иначе? Покажите!" Завхоз с водителем подтверждают их слова. Директор наказывает снять бюст и унести его. Вожатая: "Это политическая диверсия!" Директор обещает разобраться. Мерзкое лицо вожатой…

    На собрании райкома партии Смирнову Алевтину Федоровну за допущение и сокрытие контрреволюционных выходок старшеклассников исключают из рядов партии и снимают с должности директора школы. "Ваш партбилет!" Бедная женщина, все еще не веря в происходящее, подходит к столу, вынимая из кармана партбилет. Со слезами на глазах целует красную книжечку и аккуратно кладет на стол. Нина в ступоре. "А дело Ивановой я предлагаю выделить в отдельное дело и передать на рассмотрение партследователю". Решение принято единогласно. В глазах у Нины страх.

    Алевтина Федоровна выходит из здания, тут же к ней подъезжает "воронок". Ей предлагают проехать с ними, показывают удостоверение. Она рвется в школу, у нее же занятия. Все заканчивается тем, что ее, сопротивляющуюся, заталкивают в машину и увозят. На асфальте остается лежать ее белый берет. Нина, наблюдавшая эту сцену из окна, закрывает глаза…

    Варя дома ждет Нину, она не пошла на занятия. Нина в ступоре садится на кровать, она вдруг сделалась такая маленькая, на лице отражается весь ужас от только что увиденного, услышанного и того, что ее ожидает. Варя знает, что у них произошло, все знают, что Туся, вожатая, известная сволочь, написала кляузу. Нину исключили из партии? В ответ молчание… Нина просто смотрит в одну точку и раскачивается на кровати. "Нина, я твоя сестра!!! Я хочу знать, что происходит!" Нина плачет, сдавленным голосом рассказывает про партком, про то, что ей давали рекомендации в партию два человека – Смирнова и Будягин. Сегодня арестовали Смирнову, а ее дело завтра будут рассматривать. Варя делает правильный вывод, что завтра арестуют и Нину. Нина соглашается с такими выводами, сестра должна быть к этому готова. Варя моментально соображает, что нужно делать. Сейчас они соберут все деньги, чемодан, и Нина уедет отсюда далеко. Она поедет к Максиму, сразу же выйдет за него замуж и станет Костиной, а не Ивановой. Это единственно возможный выход. Нина не хочет уезжать, как же она бросит свою партию, это какая-то глупость… "Какая глупость? Неужели ты не понимаешь, что они могут прийти за тобой каждую минуту! Собирай свое барахло!" "Но почему я должна бежать от своей партии, почему?" "Давай, думай, Нина! Думай! Думай, пока ты еще жива! Я тебе сейчас расскажу, что творится. Если посадили Алевтину, то всю вашу школу объявят гнездом. Тебя замучат и заставят подписать все. Сколько невинных людей тогда может пострадать уже из-за тебя, подумай?!" Нина практически в истерике, опять твердит про свою партию. Как она поедет, как выйдет замуж? Она Иванова, она не хочет быть Костиной! Варя ее успокаивает. Ведь Максим ее любит, и она его любит, через четыре года она вернется, весь райком как раз пересажают и про нее забудут. И она снова станет Ивановой. А, может быть, она захочет остаться Костиной… Варя начинает ее одевать, как тряпичную куклу, а она все бормочет про свою партию, про детей, про уроки, про "нельзя" и про "подумать". Варя нежно обнимает сестру и полна решимости спасти ее.

    Варя с чемоданом на вокзале пристает к начальнику поезда, сочиняет, что она отстала от своего поезда, а ей нужно обязательно ехать именно сегодня, а ее документы все "уехали", а ее жених ждет, майор, между прочим! Мужичок выписывает ей какую-то бумагу и посылает с ней в кассу за билетом.

    Варя и Нина сидят в купе. Нина, как скрученная пружина, вцепилась в сумку и смотрит в никуда. Варя дает ей наставления, чтобы дала телеграмму, чтобы писала письма, при этом отцепляет от сумки ее судорожно сжатые пальцы. Обнимает Нину на прощанье. Та боится, что они больше не увидятся. Варя обзывает ее дурой и еще крепче обнимает. Провожающие выходят из вагона, и поезд отправляется.

    Во дворе дома стоит "воронок", Варя из окна наблюдает, как одного из старшеклассников "повесивших" Сталина выводят из подъезда и увозят. Она была права во всем. Но она успела спасти свою сестру. Варя медленно отворачивается от окна, а мальчик из машины возможно последний раз смотрит на свой дом…

    Варя рассказывает Софье Александровне, что Нина теперь невеста. Та радуется и хвалит Варю. Она спасла жизнь своей сестре. Кто бы мог подумать, что настанут такие времена. В школе творится нечто невообразимое, уже арестовали завхоза и обоих мальчиков. Кто бы мог подумать, что Будягина арестуют, а Марка расстреляют… Варя обнимает ее, успокаивает, они будут думать только о хорошем. В дверь звонят, принесли телеграмму. Софья Александровна читает, на лице радость. Отдает бумагу Варе, та тоже безмерно рада. "Еду. Буду звонить. Саша." Им можно плакать от счастья! Саша едет! Он будет звонить!

    Саша идет по улице, его окликает идущая навстречу девушка: "Панкратов! Своих не узнаешь?" Саша говорит, что она обозналась и уходит. Но девушка знает, что она не ошиблась…

    Звонит телефон в прихожей, мама берет трубку и слышит голос сына. Ее радость невозможно описать. Саша просит, чтоб она вышла через черный ход, он будет ждать ее в сквере. Софья Александровна звонит на радостях Варе, но той нет на рабочем месте. Она быстро собирается и уходит. Саша в сквере присаживается возле дерева и закуривает. Рядом с ним непонятная конструкция, похоже на заваленный фрагмент ограды. Он привалился к дереву и закрыл глаза…
    Мама обходит конструкцию из решеток и присаживается на чемодан. Она долго не решается, но потом все-таки дотрагивается до Сашиной руки. Он вздрагивает, открывает глаза, улыбается маме. Она не может на него наглядеться. Они просто улыбаются и смотрят друг на друга. Потом Саша протягивает маме руку, она шутя шлепает его по ладони и он зажимает в своих руках ее маленькую ручку. Потом он сорвался с места, обнял ее колени и прижался к ней головой. И она обняла его со всей силой и поцеловала в затылок. Они гладят друг друга по голове и вытирают друг другу слезы. За всю сцену не сказано ни слова. Да здесь и не нужны слова, взглядов и жестов достаточно, чтобы расплакались самые черствые люди…

    Варя забегает во двор, потом в подъезд, потом в квартиру к Софье Александровне. Она ищет Сашу, заглядывает во все уголки, он ведь приехал, Софья Александровна ведь звонила ей. Но Саши нет, он был совсем недолго и уже уехал. Он будет жить недалеко, в Калинине, ведь Москва теперь для него закрыта. Он много всего рассказал, мама рассказала ему про арест Будягина и про расстрел дяди. Он будет звонить. Он передал ей привет. При этих словах Варя выходит из транса. Он передал ей привет? Что, так и сказал? И спрашивал как Варя? А мама рассказала ему все про нее, как Варя ей помогала, как спасала ее эти 3 года, какая она умная, она спасла Нину, как прогнала Костю… Варя кричит: "Вы что, рассказали про Костю?!" Ну, конечно, а что тут такого? Ты была замужем, потом вы разошлись… "А кто вас просил рассказывать ему про это?! Я хотела сама рассказать об этом.." "Ну и что? Какое это имеет значение? Он даже внимания не обратил на это!" Варя обнимает плачущую маму, просит прощения за свой тон. Просто она очень хотела увидеть Сашу. "Ты любишь его?" Варя улыбается и твердо отвечает: "Да!"

    Саша в Калинине, обедает в столовой. Сидящий рядом мужчина некрасиво ест, все перед ним лебезят, вообщем, по всему видно – какой-то начальник. Этот начальник разбивает фужер, а на вопрос официантки отвечает, что разбили другие люди. Девушка расстроена, теперь с нее высчитают стоимость фужера… Саша проясняет ситуацию и заставляет грубияна заплатить по счету за разбитый фужер, внушая ему правила поведения на очень доступном простым людям языке.

    Официантка знакомится с Сашей. Он, наверняка, из заключения. На вид интеллигент, а жаргон блатной. Саша рассказывает, что он был в ссылке, в Москве жить не может, хочет устроиться здесь шофером. Она предлагает ему остаться на вечер – будут отмечать день рожденья ее подруги, она познакомит его с людьми, которые помогут найти работу. Разговаривают в полушутливом тоне, бросая друг на друга красноречивые взгляды.

    Веселая компания гуляет, Люда знакомит Сашу с присутствующими: Леня, Глеб и прочие. Именинницу зовут Ангелиной, но все называют Ганной. Ребята хорошие, пьют, гуляют, обещают устроить Сашу на работу. Именинница предлагает спеть и заводит высоким и не очень приятным голосом "Легко на сердце от песни веселой…" Компания подхватывает, поют смешно, абсолютно не попадая в ноты, но от души.

    Саша и Люда поднимаются по лестнице не очень уверенным шагом и продолжают напевать. Саша спотыкается на ступеньках, кидает свой чемодан и останавливается. Люда учит его, что надо быть осторожнее. Он сгреб ее в охапку и начал целовать. Мимо прошла соседка, молодежь друг от друга отскочила, затем Люда потащила Сашу к себе в квартиру.

    На стене в комнате висит портрет дамы, под ним висит веер. Саша и Люда сидят на кровати, она одевается, он наблюдает. Достает откуда-то из-под одеяла пуанты и показывает ей с вопросом в глазах. Она, надевая пуанты, рассказывает ему, что тоже жила в Москве, потом отца арестовали, мать умерла, брат уехал на Дальний Восток, а ей наказал отправляться подальше от Москвы. Она бросила балетное училище и приехала сюда. Люда делает несколько красивых движений возле кровати. Предлагает Саше оформить паспорт, у нее знакомые есть. А то по закону он его очень долго оформлять будет… Саша повалил ее снова на кровать, начал целовать. Нам же показали висящую на стене гитару с розовым бантиком на грифе…

    Шарок на остановке трамвая замечает симпатичную девушку, подсаживает ее в трамвай и начинает заигрывать. Она говорит, что ее зовут Калерия. Он веселится: попадья наверно. Она возражает, что имя ее пролетарского происхождения. Работает девушка в роддоме акушеркой. "О, медик! Значит, гигиену уважаешь?" "Да, с гигиеной у нас строго!.."

    Шарок сидит в кабинете Шпигельгласа (которого играет Виторган) и слушает наставления разведчика. Он будет жить за городом, на даче, заниматься там физической подготовкой, усиленно учиться. Просьба пока не бриться, надо разработать собственный образ. Вдруг ему пойдет борода или усы? Или, может, очки наденут? Знакомые и родственники не должны его видеть. Юра теребит в руках портсигар, явно нервничает. "Вас что-то не устраивает?" Да, Ежов сказал ему, что он просто будет работать в иностранном отделе. "Правильно, Вы будете работать по-белому, к агентурной работе за границей вас не готовят, базовый уровень слаб, вы не знаете их жизни." Но поездки за границу не исключаются. Юра мнет в руках папиросу. Вскоре он поедет в Париж, там живет Виктория Марасевич, она его хорошо знает. Юра закуривает, нервно улыбаясь.
    Девушка Калерия торопливо идет по улице с пакетом в руках. Заспанный и растрепанный Шарок в майке открывает ей дверь, она тут же на нем виснет. Сообщает, что принесла пончики. Он называет ее своим пончиком и под раздающуюся из приемника "Сулико" начинает ее жарко целовать и тискать.

    Саша приходит в гараж к Леониду устраиваться на работу. Тот его отправляет к директору оформлять документы. Саша, проходя мимо вешалки, цепляет на один из гвоздей свою кепку. Заходит к директору и секретарша берет у него документы. Просит справку о предыдущей работе. Справки нет, Саша был в ссылке. Директор отдает ему документы и сообщает, что свободных машин нет.

    Злой Саша возвращается в гараж, снимая по пути с гвоздя кепку. Лёня спрашивает, все ли в порядке. "Как это нет машин? У меня 6 машин без водителей!" Саша говорит, что, возможно, дело в его судимости. Собирается уходить, но ребята его останавливают. Надо написать заявление секретарю обкома Михайлову Михаилу Ефимовичу, он поможет. Он тоже из Москвы. Саша его отлично знает, с сыном его дружил. Под диктовку пишет заявление следующего содержания: "Заявление. Всю жизнь я прожил в Москве на Арбате в доме №51. Конституция дает мне право на труд, но практически я этого права лишен. Что же мне делать? С уважением, Панкратов."
    Саша идет вдоль высокой стены из красного кирпича. Идет дождь, со стены фонтаном льется вода. Саша подходит ближе, подставляя себя под воду. Съемка в замедленном темпе. Он подносит к лицу руки ладонями к себе, растопыривает пальцы, смотрит сквозь них. Он уже весь мокрый, но продолжает это "омовение". Затем вытирает лицо, радостно смотрит на небо и медленно идет дальше…

    0

    12

    12 серия
    1937 год, Калинин
    В здании административного типа Панкратов догоняет на лестнице мужчину, подает ему бумагу и говорит, что сказали обратиться к нему. Тот читает заявление, просит паспорт и говорит, чтоб Саша завтра же подошел к директору автобазы, его оформят на работу.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_Sasha_Varya_03.jpg
    Саша с друзьями сидят за столом, курят, пьют, поют песни. Саша произносит тост: "Прощай, Москва! Здравствуй, Калинин!" Подходит Люда и спрашивает, что, мол, празднуете? Глеб, отрываясь от своей дудки, радостно сообщает, что Саша теперь на работу оформился, квартиру теперь ищет. Люда язвительно говорит, что разве ему негде жить? Саше фраза не понравилась, он встает из-за стола и выходит. Люда идет за ним, интересуется, куда он идет. Саша объясняет, что идет звонить в Москву, сейчас на почте связь дадут. А кому это он будет звонить? Точно маме? Нет ли у него жены случайно? Нет, жены у него нет. "А кто же есть?" Саша не отвечает, разворачивается и уходит.

    В квартире у Вари звонит телефон. Она поднимает трубку и слышит голос Саши: "Здравствуй, Варенька! Это я, это Саша…" И Вари на лице отражаются все чувства, которые только можно представить, она говорит запинаясь, то смеется, то плачет. Спрашивает, как дела у него. Он рассказал, что все хорошо, устроился работать шофером. Она так жалеет, что не увидела его в Москве… Но Калинин рядом, она приедет! Саша просит не приезжать, у него пока негде жить. Но она все уже узнавала, есть утренний поезд из Москвы и вечерний из Калинина, она приедет только на день, они встретятся на вокзале, просто посидят и поговорят! Нет, у него работа, дальние рейсы бывают, даже в выходные. Он сам приедет в Москву, у них бывают командировки, он позвонит, и они встретятся. Варя сдалась. В трубке раздается голос: "Ваше время истекло!" Саша и Варя уже ничего не слышат, но продолжают звать друг друга… Варя чуть не плача вешает трубку и прижимается лицом к телефону. Саша, стоящий в кабинке на почте продолжает звать ее, потом вешает трубку и медленно уходит.
    Варя стоит, прижавшись к телефону. Она безумно счастлива. Тут телефон снова звонит, и она хватает трубку, упускает ее из рук, ловит, снова упускает. Наконец кричит: "Алло!" Звонит Софья Александровна, интересуется, говорила ли она с Сашей. Она не просила его звонить Варе, он сам захотел. Варе радостно от этой мысли, она обещает вечером зайти к Софье Александровне. Улыбаясь сквозь слезы, вешает трубку…

    Саша и Люда снова лежат в кровати, он рассказывает ей про Варю. У них еще ничего не было, она маленькой девочкой тогда была. Потом его арестовали, а она единственная его маме помогала, передачи носила, в очередях стояла, письма писала. Писала, писала, а он влюбился… "А она?" А она замуж вышла. Бильярдист, шулер, интересный человек… Люда, снимая со стены гитару, говорит: "Ну и пусть живет с ним. А ты ее забудь!" Саше на него наплевать, а Варю он забыть не может! Люда обзывает его дураком. Варя не приедет, если бы любила, то давно бы приехала! Саша возражает, что она не могла приехать, все не так просто. Люда царапает струны на гитаре, извлекая скрипящие звуки. "А что здесь сложного? Если бы ты меня любил, я бы не то, что в тайгу, я бы в Сибирь к тебе примчалась! Саша, она мечта! А я живая. Потрогай!" Саша тянется к ней, словно хочет дотронуться до лица, потом резко убирает руку и бьет по струнам.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_10_inostr_razved_16.jpg
    Товарищ Шпигельглас, покуривая, наблюдает за тем, как его ассистенты подбирают имидж для Шарока. Выводят его в коротком пиджаке и рубашке, волосы прилизаны и расчесаны на пробор, приклеены густые рыжие усы. Смотрителю не нравится, он кивает головой, Шарока опять уводят за двери. Следующее явление: Юра в рубашке, волосы зализаны на одну сторону, борода и усы делают его копией Дзержинского. У Шпигельгласа глаза ползут на лоб, не успевает заорать, как ассистенты понимают, что хватили лишнего. Снова двери за ними закрываются и в третьем явлении мы уже видим Шарока одетого в элегантный костюм тройку, при галстуке; маленькие, чуть рыжеватые усики, очки и аккуратно причесанные волосы довершают образ. Сразу видно, что это то, чего добивался "старший". Он восхищается экипировкой, особенно ботинками. Юра сам собой доволен, его аж распирает. Шпигельглас говорит, что ему нужно уехать, а Юра тем временем остается в его кабинете прочитывать некоторые бумаги. Ничего не выписывать, только запоминать. Его даже закроют на замок, чтоб никто не мешал. Начальник уходит, любуясь на Шарока: "Красавец!" (от автора: согласна, образ придуман симпатичный)

    Варя приходит к Софье Александровне и спрашивает, дома ли Михаил Юрьевич. Он прислал ей свои книги. Странно, но Саше он тоже передал книги… Варя заходит к нему в комнату, сосед стоит за стеной, явно боится, что зайдет вовсе не Варя. Она спрашивает, что случилось, неужели на работе неприятности. Он успокаивает ее, что все как у всех: люди злы, раздражены, подсиживают друг друга… Он в растерянности, говорит как в бреду. "Вот такое время сейчас. Идеи революции забылись, остался только террор. А насилие требует новых жертв. С начала революции и до 1923-го года Россия потеряла 8 миллионов человек. Ленин в 1921 году решил идти другим путем. Но Ленин умер. Пришел Сталин. Всё." Варя пытается его успокоить, предлагает помочь ему так же, как помогла Нине. Она поможет ему купить билет, собрать чемодан, он уедет к ее тетке в Козлов и все будет хорошо. А здесь они скажем, что ему вреден московский воздух. Ему просто надо уехать и переждать это время. Он ее слышит и понимает, но лицо абсолютно отрешенное. Он обещает воспользоваться ее идеей, но чуть позже. А сейчас он должен отдать ей Данте, она должна читать книги и газеты, у нее вся жизнь впереди. Варя достает из кармана блокнот и осколок метеорита. Михаил Юрьевич переключается на камень. Нет, это не Сашин камень, это ее, а Сашин живет в соседней комнате. Они просто два куска одного большого камня, который когда-то разрезали. Варя убегает в соседнюю комнату за Сашиным камнем и зовет Софью Александровну посидеть с ними. Михаил Юрьевич решает рассказать им английский анекдот, говорит, будто боится, что его не успеют дослушать… Потом останавливается: "Зачем я это рассказал?" Вид у него абсолютно потерянный. Софья Александровна забирает всех к себе пить чай.

    Поезд едет по насыпи, заезжает на мост. В этом поезде Варя едет к Саше. Она стоит в тамбуре и курит, облокотясь на открытое окно и поддерживая рукой голову. Глаза выдают ее страх перед тем, что она делает. Она нервничает. Потом зажмуривается и кричит, что есть силы: "АААААААА!!!!!!!" Открывает глаза и спокойно продолжает курить. В тамбур выходит испуганный проводник, она спрашивает, далеко ли до Калинина.
    Саша едет по дороге на грузовике на базу. Варя идет по мосту, сбегает по лестнице мимо идущего наверх строя военных. Спрашивает, как пройти на автобазу №1. Ей говорят, что это здесь, за углом. Она останавливается, вынимает из сумочки камень, смотрится в него, как в зеркало. Потом собирается класть обратно в сумку, но тут ей в голову приходит какая-то мысль и она, зажав его в руке, спешит дальше. Из ворот базы выходят люди, Варя обращается к последней троице идущих, которые оказываются Сашиными друзьями. Спрашивает Панкратова. Они улыбаются, заигрывают, притворяются, что не знают такого. Потом Глеб шепчет: "Едет!", – они забегают во двор и закрывают ворота, сами виснут на решетке, дабы наблюдать происходящее. Варя стоит, прислонившись к стене, и начинает камнем пускать солнечных зайчиков. Саша едет прямо на ворота, его слепят ее зайчики, он сигналит и пытается прикрыться рукой. Но зайчик настырный, все равно прямо в глаза светит. А Саша уже отчаянно машет на него руками, как будто может прогнать его, как муху. Варя смеется сквозь проступившие слезы. Компания, которая висит на воротах, открыла рты и наблюдает за развитием событий. Саша останавливает машину прямо у ворот. Зайчик больше не прыгает по лицу, и он видит Варю, которая прижимает камень к щеке. Он просто смотрит на нее, но сколько всего в этом взгляде! Варя делает шаг вперед, становится перед машиной, вертя в руках камень. Саша кладет руки на руль и опускается на них подбородком. Вспоминает ее приглашение на танец и руки перед лицом. Варя, словно читая его мысли, ставит руку перед своим лицом. Разводит пальцы. Он повторяет ее движения. Убирает руку от лица и улыбается ей. Она срывается с места, залетает в кабину и обнимает его крепко-крепко. Чуть позже он отстраняется, смотрит на нее и улыбается. "Зачем ты приехала?" Она смеется: "Обнять тебя!" и снова обнимает его.

    Троица, только что висевшая на воротах, но удалившаяся из деликатности, заходит в столовую, где работает Люда. Она спрашивает: "Моего где потеряли?" Ей отвечают, что к нему приехала невеста из Москвы. Она каменеет и спрашивает, куда они пошли. Глеб не знает, может в кино пошли, а может и в ЗАГС… Люда напустилась на него, мол, знаю, ключи от своей халабуды дал! Но Глеб никому ничего не давал, у него тетка строгая. "Где они? Я же все равно из-под земли достану!" Да не знает он, может в кабаке, может на вокзале сидят… Люда срывается и убегает.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_Sasha_Varya_09.jpg
    Саша с Варей гуляют, они ходят между каких-то толстых колонн. Похоже, что действительно на вокзале. У Саши на шее гирлянда из баранок. Они кидают друг другу кусочки бубликов и ловят их ртом. Она приехала его увидеть. Но он еще не устроился, им даже присесть негде. Он ей все сказал по телефону. Но она должна сказать ему очень важную вещь. Саша останавливается между двух колонн и опирается на них руками. Варя подходит к нему сзади, обнимает за шею, он прижимается щекой к ее руке. Она наклоняет его голову к себе и шепчет: "Я люблю тебя." Он застывает, Варя проходит под его рукой. Про Костю она должна рассказать ему сама… "Мне плевать на Костю! Какое нам дело до него?" Саша подходит вплотную к ней, она прислоняется к колонне. Оба закрывают глаза, Саша нежно проводит своей щекой по ее лицу. "Я должен тебе сказать… что тоже тебя люблю…" Медленно отходит от нее: "Но я же не имею права на эту любовь!" Варя громко смеется: "Какая ерунда!" Они начинают гоняться друг за другом между колоннами. Они ведь никогда серьезно не говорили, а в письмах всего не напишешь… Но он читал все между строк. "Помнишь, ты написала, что хотела бы знать, что я сейчас делаю? Был день, светило солнце. Я как безумный носился по комнате!.." Она тоже читала между строк. Она рисует в воздухе буквы, которые прочитала там: "Мы любим друг друга… И будем вместе, когда ты вернешься в Мо-скву…" Саша подходит к ней и, следя за ее пальцем, чертящим буквы, повторяет за ней по слогам: "В Мо-скву…" Ну, вот вернется он в Москву, тогда и посмотрят… Но она не согласна, она обменяет комнату, она переведется на заочное, они поедут к ее тетке, там их никто не знает, они будут работать, гулять, там такие васильковые поля… У него другое видение: она переведется, уедет из Москвы, а его снова арестуют и вышлют. И она останется одна в чужом провинциальном городе. Нет, она поедет за ним! Она все эти годы работала и училась только ради их будущей совместной жизни! Саша обнимает ее и говорит, что у него нет будущей жизни. У него вообще нет жизни. Только борьба за выживание. Он не хочет ее в это впутывать. Они раскачиваются, обнявшись, и Саша начинает петь:
    Цветок душистых прерий,
    Твой смех нежней свирели…
    Варя смеется, выпрыгивает из его объятий, и они бегут под солнцем и продолжают петь:
    Твои глаза, как небо голубое
    Родных степей отважного ковбоя!
    (Эту песню Варя пела в первой серии, когда Нина ее отчитывала перед Сашей, и когда он подарил ей камень)

    Люда бегает по городу в поисках Саши. Пробегает мимо лестницы у вокзала. Как только скрывается из виду, на лестнице появляются Варя и Саша. У Саши в руках не то одеяло, не то покрывало белого цвета. Говорят одновременно, очень эмоционально, все время перебивая друг друга. Саша: "Так будет лучше для тебя. Давай договоримся! Ты окончишь институт, получишь диплом. К тому времени у меня тоже что-нибудь изменится!" Варя: "Я уеду, ты останешься. Саша, ведь мы больше никогда не увидимся! Слышишь, никогда! Ты слышишь меня?!!" Оба резко замолкают и останавливаются. Варя убитым голосом говорит: "Хорошо, пусть будет так." – поворачивается и уходит. Саша, не очень-то довольный своей "победой", набрасывает покрывало себе на голову и идет за ней. Из радиодинамиков Леонид Утесов поет, что "тот, кто с песней по жизни шагает, тот никогда и нигде не пропадет…"
    Люда бежит мимо колонн, где только что были Варя и Саша, забегает во дворик, срывая на ходу фартук. Стучит в какое-то окошко, спрашивает, нет ли там Саши. Ей отвечают отрицательно, и она бежит дальше.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_Sasha_Varya_04.jpg
    Саша и Варя поднимаются по лестнице над железнодорожными путями, им навстречу спускается рота солдат. Саша идет по краю моста, Варя между рядами солдат. Она взбегает наверх и хватается за решетку забора. Тут же Саша накрывает ее ручку своей рукой и не дает убежать. Она разворачивается к нему лицом и оказывается прижатой к забору. Они присаживаются и касаются друг друга лбами. Под мостом едет поезд, окатывая все вокруг клубами дыма. Ребята сидят, теребя что-то в руках и почти не глядя друг на друга. На лестнице возникает Люда, запыхавшаяся и растрепанная. Спрашивает у Саши, что же он домой не идет, ключи взял бы, посидели бы по-людски, а то заставляет девушку плакать на вокзале… Оба застыли, Варя смотрит на него оскорбленным взглядом. Видно, что в руках у них был кусок метеорита. Люда продолжает добивать: "А ты не волнуйся, я не ревнивая. Все равно ты уедешь, а он со мной останется." Саша закрыл глаза, склонил голову. Люда, с чувством выполненного долга ушла. Варя улыбнулась уголками рта, встала, выпустила из рук камень и, не оглядываясь, зашагала по мосту. Саша откинулся на спину и остался лежать в клубах дыма среди идущих мимо людей. Потом резко подскочил и быстрым шагом пошел за Варей. Она обернулась, не останавливаясь, поглядела на него и пошла дальше.
    Варя, плача, мечется по тамбуру в вагоне, вертит в руках камень. Молодой военный выходит в тамбур, достает сигарету и спички. Варя остановилась напротив него. Поднесла руку к лицу, развела пальцы, потом снова свела и так несколько раз. Парень застыл и смотрит на нее, открыв рот с торчащей в нем сигаретой и зажженной спичкой в руке. Варя, закрыв глаза, продолжает свои фокусы с руками, военный бросает спичку и вылетает из тамбура. Варя открывает глаза, долго смотрит ему вслед и опускает руку. Лицо в слезах, в глазах – прощание с мечтой.

    Пьяный Саша стучит в окошко Глебу и просится переночевать у него. Глеб соглашается на одну ночь, у него тетка очень строгая, сам на птичьих правах живет. Интересуется, неужели Людка его выставила. Саша кидает в него кепкой, тут же получая ответный удар. Просовывает Глебу в форточку бутылку, кепку и пытается туда же пропихнуть чемодан. Глеб на него прикрикнул, послал к дверям. Саша, держась за стену, пошел в указанном направлении.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_10_inostr_razved_17.jpg
    В клубе проходит урок танцев, пары кружатся в вальсе, учитель наблюдает и отсчитывает такты. Музыку творят мужичок с баяном, Глеб со своей дудкой (от автора: простите, не сильна в музыкальных инструментах…) и Саша с маленьким бубном. Глеб сообщает Саше, что сейчас после занятия будут танцы, можно остаться потанцевать. Занятие заканчивается, и учитель прощается с учениками. Тут баянист начинает играть танго, и ребята просят учителя показать танец. Он соглашается, делает несколько движений, потом предлагает одной паре протанцевать. Тем временем Глеб жужжит Саше на ухо, что девки тут приличные, покладистые. Делай что хочешь, еще и спасибо скажут. Если хочет – Глеб может познакомить. Саша обернулся, одел ему бубен на голову: "Не хо-чу!" Встал, пригласил одну из девушек и очень эффектно протанцевал с ней танго. На повороте заметил стоящую в дверях Люду. Повернулся чтобы уйти, но его настиг Глеб с поздравлениями его танцевальным талантам. Представил учителю, и тот пригласил Сашу в группу. Тут учитель замечает Люду, выводит ее в центр зала, и они начинают танцевать румбу. Саша смотрит на них и снова погружается в воспоминания. Ставит руку перед лицом и словно видит Варю, танцующую румбу во дворе, приглашающую его на танец, сидящую рядом с ним на вокзале, стоящую перед его машиной… Потом снова переносится в зал, Глеб толкает его в бок и они начинают подтанцовывать со всеми, переминаясь с ноги на ногу и глядя на танцующую в центре пару. Пара закончила танец, учитель стал на одно колено, Люда присела на его ногу. Они оказались лицом к Глебу и Саше. Те, не долго думая, берутся за руки и под заводной мотив танцуют нечто похожее на смесь танца маленьких лебедей и гопака, также приземляясь перед парой на одно колено. Народ в восторге, все аплодируют.

    http://frendsbn.narod.ru/arbat/DA_10_inostr_razved_18.jpg
    Варе позвонила Софья Александровна и попросила отпроситься с работы и срочно прийти домой. Она к ней зайдет. Варя встречает ее у себя дома, спрашивает, что случилось. Софья Александровна говорит, что Михаил Юрьевич покончил с собой, повесился. Ей нехорошо, ее знобит, она говорит с трудом. Приезжала милиция, скорая, расспрашивали ее, как нашли, кому звонили. Спрашивали про адреса родственников. У нее есть адрес его брата, но она не дала. Еще спрашивали, не передавал ли он кому-либо бумаги или еще какие-то вещи. Она ничего не сказала, милиция не должна знать, что он отдал Варе и Саше свои книги. У него были неприятности по работе из-за переписи населения. По его подсчетам получалось на 6 миллионов человек меньше, чем от него требовали. Наверняка у него были какие-то записи, вот их они и искали.

    Саша приезжает на базу и сдает документы для отметки. Его хвалят, мол, хорошо работаешь. Что, на доску почета захотел? А все равно не повесят! Сам знаешь, почему…

    На автобазе лекция. Всем шоферам рассказывают об успешной высадке на Северном полюсе экспедиции Папанина. Это первая в истории высадка на Северном полюсе. Один из шоферов деликатно возражает, что первым на Северном полюсе высадился американец Пири еще в 1909 году. На собачьих упряжках. У него даже книга есть, может дать почитать. Лектор объявил, что никаких буржуазных россказней они читать не желают, а он желает приуменьшить достижения советских полярников! Да нет, но Пири ведь был первым. Книга даже есть! Но лектор его слушать не собирается: "Советская экспедиция прошла очень успешно… и т.д." Все аплодируют, парень сидит, склонив голову.

    0

    13

    13 серия
    1937 год, Калинин
    Саша в военкомате стоит перед столом, за которым сидит военный. Отвечает на вопросы. Да, он судим. По статье 58, пункт 10. У военного расширяются глаза, он смотрит на Сашу. Арестован в 1934. В Армии не служил, потому что учился в институте, где была высшая вневойсковая подготовка. Звание присвоено не было, из-за ареста не успел окончить институт. Саше дают повестку и направление на медкомиссию и отпускают.

    Приехав на базу, Саша рассказывает Глебу, что ему дают военный билет с записью "Годен к нестроевой", т.е. в стройбат или на кухню. Лицо довольное. Глеб рассказывает ему, что арестовали Володьку Артемкина (того парня, который пытался спорить на лекции), конфисковали все его книги. Саша говорит, что он и сам знал, что Пири первым достиг Северного Полюса, но промолчал. И кто же теперь честнее получается? Глеб в ответ говорит, что честнее-то Артемкин, а Саша вот точно умнеет.

    Сталин обедает, к нему заходит Ежов и подает документы, изобличающие Тухачевского в измене. Сталин просит позвать Тухачевского и приглашает Ежова угощаться. Входит Тухачевский. (Его играет Сергей Астахов, наш любимый господин Шишкин из "БН") Сталин спрашивает, не обижается ли тот на свой перевод в Куйбышев. Тухачевский не обижается, но не знает причины перевода. Но, разве Ворошилов ему не говорил? Почему он не потребовал у него объяснений. Сталин посмеивается, играет, как кошка с мышкой, приглашает и его к столу. Тухачевский напряжен, его образ вызывает сочувствие и симпатию. Он должен подчиняться приказам, ему приказали сдать дела, он так и сделал... Ежов жует и одновременно рассказывает, что была арестована близкая знакомая Тухачевского, поэтому они решили оградить его от нежелательных последствий, и перевели по службе. Тот готов работать там, где прикажет партия. Сталин смеется: "Ну, ты чего не ешь? Постишься, что ли?" Тухачевский улыбнулся и потянулся к столу. Тут же Сталин говорит: "Хорошо, идите и работайте." Улыбка сползла с лица Тухачевского, он поднялся и вышел.
    Марасевичи отец и сын обедают дома, домработница Феня подает на стол и плачет. На вопрос, что случилось отвечает, что Сергея Алексеевича, парикмахера, осудили на 10 лет без права переписки. Феня уходит рыдать в другую комнату, отец продолжает размышлять на тему переживаний Фени, он ведь ее родственник. Вадим мерзко говорит, что в таком случае им надо сменить прислугу, ведь ее тоже могут арестовать. Отец возражает, что Феня работала у них всю жизнь и он не хочет больше об этом даже слышать. Он не собирается поддаваться панике, и так в их больнице пересажали уже всех врачей. Он хочет порядка и спокойствия хотя бы в своем доме. Вадим замечает, что время сейчас тяжелое, на что отец говорит, что Вадим достойно в него вписался. Отец твердо намерен оставить в доме Феню и больше к этому разговору не возвращаться.

    Варя с сослуживцами обедают, к ним подсаживается некто Костоломов. Начинает рассуждать, мол, Тухачевский, Якир, Уборевич оказались шпионами, за сколько ж они продались, негодяи… Варя начинает видимо нервничать. Игорь Владимирович, заметив ее реакцию на Костоломова, пытается того успокоить. Тот, не обращая на него внимания, спрашивает: "Иванова, а ты о чем думаешь?" Варя заводится: "А я вообще не думаю, задачки в голове решаю, у меня контрольная завтра: 865-368=348, 843-582=261…" Компания быстренько встает, желает приятного аппетита и утаскивает Варю из-за стола. Она по дороге продолжает декламировать: "574-241=333!" Игорь Владимирович отзывает Варю в сторону, просит ее быть осмотрительнее. Да зря он боится, Варя же взрослый человек. Варя заметила, как он побледнел, когда она собралась ответить этому подонку Костоломову. Интересно, откуда у него такая фамилия? Может, он потомок Малюты Скуратова? Игорь смотрит на Варю испуганно. Тут из дверей столовой выходит Костоломов. Варя, заметив его, заходится в диком хохоте и убегает.

    Варя чертит, тут забегает в отдел парторг и созывает всех на митинг против Тухачевского и прочих. Варя хватает тубус с чертежами и говорит, что она спешит в АПУ. Игорь тут же подхватывает: "Да-да, поспешите, вас там ждут! Это производственная необходимость". Все выходят, Варя смотрит на Игоря неясным взглядом и тоже уходит.

    Митинг собрался и в Калинине. Вся автобаза собралась на площади и слушает призывы к расстрелу изменников. Звучит вопрос: "Кто "за"? Все поднимают руки, кроме Саши. Товарищи толкают его в бок, мол, ты чего. Саша тоже поднимает свою руку…

    Пьяные Саша и Глеб разговаривают "про жизнь". Глеб интересуется, почему он давно у Людки не был, неужели не может ей простить ту выходку? Саша ответствует, что Люда очень хороший человек, она ему очень помогла, но сводить и разводить их не надо! Мимо проходят группы гуляющих, поющих про тех, "кто с песней по жизни шагает"… Глеб рассказывает, что балетмейстер собирается на гастроли в Азию и берет Глеба с собой, а Саша тоже мог бы поехать помощником аккомпаниатора. Но тот уезжать не хочет, у него есть работа… Глеб объясняет, что у него есть судимость, не сегодня, так завтра Калинин сделают режимным городом и ему придется отсюда уезжать. Так лучше жить на свободе… Едут они дня через три, куда именно еще не знают. Саша интересуется, неужели у Глеба тоже минус? Тот ответствует: "Чего пристал? Дурак ты!" и пытается уйти неровной походкой. <br>Саша говорит, что все равно не поедет и начинает петь пьяным голосом:
    Цветок душистых прерий,
    Твой смех нежней свирели…
    Из-за угла выплывает Глеб и они, шатаясь по улице, допевают:
    Твои глаза, как небо голубое
    Родных степей отважного ковбоя!..

    Саша пришел на базу за маршрутной картой, там ему вручили повестку в милицию, явиться срочно. Саша отправляется туда, ему командным голосом сообщают, что в Калинине вводится паспортный режим. Все лица, имеющие паспортные ограничения должны покинуть город в течение 24 часов. Саша слушает тираду, глядя на значок в виде герба СССР на форме говорящего. Получает предупреждение о выезде, на работе он получит расчет в связи с убытием. В случае невыезда за 24 часа Саша подлежит уголовной ответственности.
    Саша направляется к Глебу, тетка говорит, что он уехал, даже кларнет с собой взял. Саша уходит, его догоняет Люда. Спрашивает, когда он уезжает. О еще не знает. Люда говорит, что Глеб уехал в Уфу. Саша рад, что они увиделись, благодарит за все, что она для него сделала. Люда просит взять ее с собой, она еще многое может для него сделать. Но Саша не хочет. Они прощаются.

    Вадим дома хвастается, что его наградили орденом, сам Калинин подписал указ. Весь дом завален поздравлениями, телефон не замолкает. Вадим очень горд собой, но отец не видит особых поводов для радости. Феня бегает вокруг Вадима, как возле сына, очень за него рада. Помогает ему одеться, говорит, что красивый стал, прям народный комиссар. Вот бы Сергей Алексеевич за него порадовался, любил ведь его с детства… Вадим уходит в театр повидаться с Комаровым.

    Вадим ходит за кулисами театра, ищет Комарова, а находит одну из артисток в наряде позапрошлого века, она представляется Вероникой. Девица живенько утаскивает орденоносца к себе в гримерную и предлагает отметить его награду. Наливает вино. Но Вадим не очень хочет выпивать, он еще дома водки выпил, и ему будет нехорошо. Прыткая Вероника заводит с ним игру в угадайку на картах под раздевание. За угаданную им масть она с себя что-нибудь снимает и наоборот. Вадим сжался, как школьник, сидит, сложив ручки на коленках, и расширенными глазами смотрит, как она снимает с себя первый чулок. Второй уже просит снять его. Он все пытается пойти искать Комарова, но потом передумал, стал на колени перед ней и занялся чулком. Пока Вадим его стаскивал, Вероника поинтересовалась, а правду ли говорят, что Вадим Марасевич девственник? У Вадима глаза на лоб полезли, он ничего выговорить не может, только ресничками хлопает. Вероника предлагает его "распечатать". Накрывая его своими фижмами с головой рассуждает, что вдруг товарищ Сталин спросит, за что ему дали правительственную награду, а он-то что ответит? Вадим возится под платьем, он за что-то зацепился, Вероника веселится. Вытаскивает его из-под платья и тащит орденоносца в кроватку.

    Уфа.
    Глеб с Сашей идут по улице, Глеб рассказывает, как получил телеграмму, как ему тут живется, как надо вести себя с башкирами… С работой у них все хорошо, желающих учиться танцам много, только помещения нет. Саша обещает помочь, у него здесь есть знакомая со связями. Глеб смеется, что, еще одна неразделенная любовь? Они у него в каждом городе что ли?
    Саша и Зида идут по улице, рядом бегают двое детей лет восьми, она рассказывает, что вышла замуж, что у нее хороший муж, она постарается помочь с помещением… Саша вдруг останавливается и спрашивает, а не взревнует ли ее муж? Зида отправляет детей домой, поворачивается к Саше и тот сгребает ее в объятия, обнимает, пытается поцеловать. Зида отталкивает его, но у нее не сразу получается. Наконец, освободившись, она проводит рукой по его лицу: "Знаешь, а ты не изменился…" Поворачивается и уходит, Саша смотрит ей вслед…

    Группа рассматривает помещение, учитель танцев доволен, о таком они даже не мечтали. Глеб хвалит Сашу, мощная у него девушка. За такой бы приударить. Саша осаживает его, что за такими не приударяют, на таких женятся. Только вот она уже замужем… Учитель призывает всех начать работать и зарабатывать.

    Вот уже группа молодых людей изучает фокстрот, танцуют пары, Саша с девушкой, Глеб с патефоном…

    Марасевич прибегает домой. Извиняется, что задержался, он был в Доме союзов на процессе. Возмущается, как знаменитые врачи Плетнев и Левин могли убить Куйбышева, Горького… Отец кладет сигару в пепельницу и возражает, что обвиняемый доктор Плетнев не лечил Куйбышева, тот скончался от паралича сердца. И Горького не убивали, он много лет страдал гнойным бронхитом и сердечной недостаточностью. Ему было лучше на Капри и в Крыму, но всякое возвращение в Москву вызывало пневмонию. И лечили его другие врачи, правильно лечили! Просто ему невозможно было помочь. Но тех врачей даже не вызвали в суд, а все свалили на Левина и Плетнева. И не они безжалостные злодеи, а те, кто их судит! А беда Плетнева в том, что он слишком много знает об убийстве Орджоникидзе. В заключении написано "паралич сердца", а он сам видел огнестрельную рану. Он не подписывает заключение, вот его и убирают. Вадим продолжает кушать, уверенный в своих взглядах и убеждениях. Он-то сам во всем признался! Отец говорит, что Плетнева пытали. "Вы же ведь выколачиваете признания в подвалах Лубянки?" Вадим начинает нести полный бред: "Ты лечишь людей, им есть нечего, а тебя заваливают едой! Я служу за идею, а вы служите за цыплят! Сидите на шее у народа и сами же поливаете его грязью!" Отцу плохо, он оттягивает ворот рубашки и уходит в другую комнату. Чуть погодя Вадим идет за ним и кричит: "ФЕНЯ!" Вызывает скорую, у отца сердечный приступ. Врач слушает сидящего на стуле в библиотеке профессора. Голова его склонена, глаза закрыты. Врач, снимая стетоскоп, говорит: "Мертвых не возим." – и вся бригада скорой направляется к выходу. Феня рыдает, Вадим молча сидит на стульчике.

    Сталин пьет чай с медом и беседует с Ежовым. Говорит, чтоб тот близко не подходил, у него кашель и насморк. Ежов нерешительно делает шаг назад, потом еще один… Сталин интересуется, как продвигается дело Будягина. Ежов докладывает, что тот ни в чем не признается и ничего не подписывает. Сталин переключается на Троцкого, как там у них дела? Ежов докладывает, что в Париже в больнице скончался сын Троцкого, Лев Седов. Сталин возмущен таким самоуправством, Ежов говорит, что это была идея Шпигельгласа и Слуцкого. Так им легче будет внедрить в окружение Троцкого своего человека, который поедет с ним в Мексику. Сталин считает, что это была вредительская акция, а Шпигельглас саботирует задание. Почему его до сих пор держат?! Но, его арест напугает заграничную агентуру… Его отправят в Узбекистан. Сталин приказывает устроить ему "хорошие" проводы. Ежов выходит их кабинета, заходит секретарь. Сталин просит подготовить личное дело Ежова и вызывает Судоплатова. Тот заходит и тут же получает ультиматум: Троцкий должен быть ликвидирован за один год. Завтра он доложит план операции. В Мексику пошлют другого агента.

    Сталин гремит подстаканником, из-за двери появляется Валя. Она наливает ему чай и садится рядом. Сталин загадывает ей загадку: кто утром ходит на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех? Она хихикнула, что-то нашептала ему на ухо, он рассмеялся, мол, все у вас одно на уме. А это человек, это загадка Сфинкса. Потом резко замолкает, будто уснул со стаканом в руке. Валя наклоняется, вынимает стакан из рук и тянется через него к столу, чтобы поставить стакан. В этот момент Сталин открывает глаза и смотрит на нее. Она убирает руку, но продолжает сидеть совсем рядом. Некоторое время они молчат, потом Сталин говорит: "Не подходи близко ко мне, заразишься еще…" Валя уходит.

    Шарок входит в кабинет к Судоплатову, тот сообщает, что отныне он его начальник. Указывает на второй от себя стул, Юра присаживается. Потом тот начинает сильно кашлять и опять делает Юре знак, чтобы он пересел на третий стул. Спрашивает, освоился ли Юра. Тот возражает, мол, домой же вернулся. Судоплатов зачитывает пояснительную записку Юры, где он говорит о том, что из-за смерти Седова обесценился Зборовский как источник важной информации, он лишен теперь возможности внедриться в окружение Троцкого… Юра следит за ним напряженным взглядом, просчитывая, к чему ведет начальник. Тот спрашивает, действительно ли Юра так думает. Юра нерешительно отвечает, что да. Начальник доволен, отправляет его осваиваться, но к донесениям Зборовского все-таки надо прислушиваться. Сообщает, что Юру хочет видеть товарищ Берия. Юра говорит, что у него назначена встреча с Ежовым прямо сейчас.

    Ежов орет на кого-то по телефону, заходит в кабинет Юра. Ежов интересуется, не надоело ли тому вдали от Родины. Но у Шарока служба такая… А службу можно сменить! "Как прикажете!" Ежов ухмыляется, он совершенно пьян: "А ежели прикажу в Министерство водного транспорта? Я ведь там теперь народный комиссар!" По глазам Юры видно, что это совсем не входит в его планы. Он по образованию юрист, он не знает, что такое водный транспорт… Ежов уже вкрадчивым голосом продолжает, что и там юристы нужны. Юре совсем плохо от страха, просит разрешить подумать. "Не хочешь…", - нарком зло улыбается, отодвигает от стола два стула, садится на них и орет: "Хочешь одной жопой на два стула усесться?!?! Не получится!!!" Юра напуган окончательно…

    Шарок выходит из здания, но в дверях встречает знакомого офицера и окликает его, называя Виктором Сергеевичем. Они идут назад, вверх по лестнице. Вспоминают прошлое, как у Юры новоселье праздновали, Виктор Сергеевич рассказывает анекдот, и они договариваются завтра вечером встретиться у Юры дома и посидеть, пообщаться.

    0

    14

    14 серия
    1938 год, Москва.
    Шарок и Калерия готовятся к встрече гостя. Юра просит ее привести подругу для Виктора Сергеевича, да попроще, такую, чтоб не ломалась. Он в силах помочь Юре остаться в Москве и надо, чтоб остался всем доволен. Начинает ее страстно целовать и тискать. Каля говорит, что девушку привести-то можно, но платить придется. Юра согласен заплатить.

    Уфа.
    Саша уже учитель танцев. Он приводит в группу Мишу Каневского, рассказывает ученикам, что Миша будет показывать им фигуры. Глеб заводит музыку, и Миша показывает несколько фигур танго. Пары повторяют за ним, Саша наблюдает, остроумно комментирует. "Люблю я бешеную младость, и тесноту, и блеск, и радость, и дам обдуманный наряд… Таня, ногу больше тяни! …Люблю их ножки… Вот так, молодец! …только вряд найдете вы в России целой три пары стройных женских ног! Да, если бы Пушкин посетил наше занятие, то убедился бы, что красивых ног в России гораздо больше!.." После занятия Саша, Миша и Глеб сидят на балконоподобной конструкции в том же помещении, пьют водку, разговаривают о жизни. Миша рассказывает, что недавно слышал выступление какой-то доярки или свинарки, что, мол, молодец Татьяна, отшила Онегина, а то простая была ему не нужна, а как генеральшей стала, так и понадобилась… Они смеются… Глеб начинает декламировать, что пьет за социализм, который построили в нашей стране.
    Миша возражает, что социализм абсолютное понятие, его не может быть, пока есть милиция, армия и пр. силовые структуры. Глеб возмущается: "Ты что, теоретически подкованный товарищ, да?" Назревает ссора, Саша пытается успокоить Глеба, Миша уходит. Глебу не нравится, что Миша ведет свои антисоветские разговоры при них, его сослали после убийства Кирова, а вот Глеб не хочет, чтоб им заинтересовались из НКВД. Саша наливает стакан водки и предлагает: "Будешь?" "Не буду!" – Глеб отворачивается от него. Саша стучит ему по плечу, тот оборачивается и видит, что Саша протягивает стакан: "А сейчас будешь?" Сейчас будет.

    Каля приводит свою подругу Азу, они втроем встречают Виктора Сергеевича, Юра представляет Калерию как свою невесту, и гуляние идет своим чередом. Потом гость и Аза уединяются, а Юра просит увести Азу в ванную после "того", ему надо будет поговорить с товарищем. Он берет графин с водкой, рюмочки, блюдце с лимончиком и направляется в комнату, где товарищ отдыхает после "трудов". Рассказывает Виктору Сергеевичу про то, что Ежов предложил ему работать в водном транспорте, но он ответа не давал. Старший учит, что надо о таких предложениях докладывать начальству сразу же, чтобы те не узнали через десятые руки и не подумали, что ты ведешь свою игру за их спиной. Вот завтра прямо с утра Юра и пойдет к начальнику и расскажет о предложении Ежова, а также обязательно скажет, что согласия своего не дал. А в Москве Юра останется, это в его силах. Разговор переключается на девушек, Виктор доволен Азой, но Каля ему понравилась больше. "Поменяемся кобылками? Тебе тоже надо свежачка попробовать!" Юра в шоке, в его планы это не входило. Тот смеется: "Да ладно, это была проверка на вшивость – насколько тебе можно доверять." Сказано вроде бы в шутку, но взгляд серьезный. Юра понял, что в каждой шутке только доля шутки… Вышел из комнаты. Говорит Кале, что Виктор обещал помочь, но дальнейшая его, их судьба теперь зависит от нее. Азой товарищ остался недоволен, так что придется Кале отработать за нее. Каля возмущена и оскорблена, порывается уйти. Но Юра удерживает ее: "Ради моей жизни. Мы никогда об этом не вспомним, слышишь! Ради меня! Ради нас! Мне смерть, но и тебе смерть!" Бедная девушка перестала вырываться, но глаза по-прежнему расширены, она еще в шоке. Виктор вышел из комнаты и утащил ее за собой. Юра остался в коридоре, тяжело дыша, прислонился к стене…
    Саша продолжает свои занятия танцами, демонстрирует группе фигуры румбы. У них новый баянист. Играет заводная музыка, все повторяют движения за Сашей. Является Глеб, Саша объявляет перерыв и уводит его. На улице спрашивает Глеба куда делся Миша. Глеб говорит, что Степан Мишу уволил, взял баяниста. Глеб рассказал Степану, что Миша много болтал. Саша возражает, что тот не болтал, а просто говорил то, что думает. А Глеб лишил его куска хлеба. Но Глеб считает иначе, он не хочет попасть под статью из-за Мишиной болтовни.

    Берия в архиве идет между стеллажами, просматривая дела. За ним идет Судоплатов. Берия разговаривает с Шароком, который идет за ним по другую сторону стеллажа, согнувшись, чтобы видеть лицо Берии сквозь просветы между полками. Лаврентий Павлович интересуется, кого можно внедрить в окружение к Троцкому. Шарок говорит, что Зборовский для этого не подходит, он уже получил отказ. Окружение Троцкого состоит из американцев и мексиканцев, надо выбирать среди них. Берия выходит из-за стеллажа, Судоплатов говорит, что подготовил для него дела некоторых агентов, которых можно рассматривать в качестве кандидатов. Щелкает выключатель, и по транспортной ленте к Берии ползут аккуратно разложенные папки. Шарок, наконец-то, тоже выходит из-за стеллажа и распрямляет свою фигуру. На фоне высоких Судоплатова и Шарока Берия кажется карликом. Папки ползут мимо. Берия приказывает Шароку собираться в Париж, но немецкий язык продолжать изучать. Берет проезжающую мимо него папку, смотрит, передает Судоплатову. Тот собирает все передаваемые папки в стопку. Конвейерная лента тянется и тянется, на ней лежат десятки папок… Картину сменяют кадры хроники, мы видим эскалатор, с едущими на нем людьми. Одни ступают на ленту, другие с нее сходят, кто-то едет вверх, а кто-то вниз…

    1939 год, Москва.
    Варя и Игорь идут поздним вечером по аллее, навстречу им идет женщина в темном пальто. Она замечает Варю, останавливается. Варя узнала ее: "Лена!" Лена разворачивается, чтобы убежать, начинает метаться по дороге, на лице испуг, Варя зовет ее, не дает уйти. Хватает за руку, пытается заглянуть ей в лицо. "Вы не узнаете меня? Я Варя, вы не помните меня?" Лена отворачивается, на лице отражается паника. Варе, наконец, удается развернуть ее к себе лицом. Лена смотрит ей в глаза и отчаянно кидается в объятия, обнимает, что есть силы, начинает рыдать: "Варенька, как я рада тебя видеть!" Варя тоже очень рада, она рассказывает, что работает в Моспроекте, знакомит Лену с начальником. Нина год назад вышла замуж за Макса, они живут в Минске сейчас. Лена просит передать привет Нине, если Варя будет ей писать или звонить. Она нервничает, все время прячет лицо и пытается поскорее уйти. Наконец срывается с места и бежит по аллее. Варя догоняет ее и просит оставить телефон, она зайдет к ней. У Лены телефона нет, живет она вот в этом подъезде, а заходить к ней не надо, у нее все хорошо. Лена таки убегает. Игорь предполагает, что она явно из семьи какого-то крупного арестованного деятеля, раз живет в таком доме. Спрашивает, кто она по профессии, он может помочь с работой. Варя говорит, что Лена переводчик с английского и немецкого… и убегает вслед за Леной. Она должна поговорить с ней сейчас. Игорь остается один на темной алее.

    Лена рассказывает, что когда они переселялись, у них отобрали все – и мебель, и деньги, и драгоценности, и даже отцовские костюмы… Они ютятся в маленькой комнатке. Папа и мама осуждены без права переписки. Варя говорит: "Понятно. Все как у всех." Лена удивляется: "А у тебя кто?" Варя смотрит на нее открытым взглядом: "Саша Панкратов." Лена начинает обвинять себя, да и всех их в бездействии, они тогда побоялись защитить Сашу, а надо было! А ведь она за 4 года даже к Софье Александровне не зашла ни разу. Не хотела прикасаться к этому несчастью и вот сама теперь наказана… Говорит, что ее тоже скоро арестуют, а Ванечку сдадут в приют. Ване уже годика четыре, такой смешной и симпатичный малыш. Варя возмущена, что Лена так спокойно сидит и ждет, когда ее арестуют. Она должна уехать. Но ее с ребенком очень просто будет вычислить. Она поедет в Уфу, там сейчас Саша, Варя даст ему телеграмму и он встретит Лену, поможет ей. А Ванечку Варя отвезет в Минск к Нине. Там он будет в безопасности. И некогда раздумывать! Она сейчас же едет за билетами. Варя уходит, а Лена обнимает сына. На ее лице впервые появляется улыбка, у нее появилась надежда.

    Варя и Ваня приезжают в Минск, на вокзале их бурно встречают Нина и Макс. Они счастливы и рады видеть Варю. Нина спрашивает, что за мальчик. Варя знакомит: "Это Иван Иванович, в честь дедушки. Или Иван Юрьевич. Как хотите. Сын Лены." Макс интересуется, не Шарока ли он сын. Варя отвечает, что Шарок к нему не имеет никакого отношения. Но ребята должны взять его к себе. Нине эта затея совсем не нравится, Макс сохраняет нейтралитет, пока сестры бурно выясняют отношения, он показывает Ване машину. Нина против такого поворота событий, если кто-то узнает, чей это ребенок, то и ей и Максу грозят неприятности. А она не хочет рисковать семьей, у нее тоже ребенок. Он боится. Но Варя просит все-таки помочь, об этом никто ничего не знает, даже Софья Александровна. Все можно повернуть очень просто: вот приехала к ним в гости сумасшедшая сестра Нины с ребенком; каждый день Варя шумно гуляет с ним на улице, чтобы все видели; потом она уезжает, а ребенка оставляет на попечение сестры Нины. Макс предлагает более правдоподобную версию, типа Варя уехала на Север искать счастья… Варя согласна ехать куда угодно, только помогите! Макс согласен, Нина обзывает их сумасшедшими. Они уезжают с вокзала, распевая на всю Ивановскую: "Цветок душистых прерий…"

    Саша на почтамте проверяет письма. К дальнему окошку подходит Лена. Она отдает письмо, поворачивает голову в сторону и видит Сашу. Быстро отворачивается снова к окошку, прижимается лбом к стеклу. Саша оборачивается и видит Лену. Она тоже поворачивает голову и смотрит на него. Из окошка доносится: "Девушка, возьмите паспорт! Вам что, плохо?" Лена очнулась, забрала паспорт и быстро пошла к выходу. Саша окликнул ее. Они улыбнулись друг другу. Он протянул ей руку, и она вложила в нее свою ладошку.

    Саша знакомит Лену с Глебом, они сидят в помещении для танцев, пьют вино и рассказывают друг другу о себе. Саша и Лена беседуют о своих проблемах, о жизни вообще. Глеб все время не сводит с Лены глаз, а Лена украдкой поглядывает на него. Она рассказывает, что отца расстреляли, мать, наверно, тоже, раз не берут передачи. Она в Уфе уже полгода, сын у добрых людей. Саша спрашивает, знала ли она, что он здесь. Да, знала, ей Варя рассказала. Саша спрашивает с улыбкой, видела ли она Варю. Лена вспоминает, что только благодаря Варе она здесь невредимая, а Ванечка спасен и живет у Нины и Макса. Но об этом никто не должен знать… Ну, это само собой. Саша готов помочь ей чем может. Он наливает себе стакан водки, она укоризненно, но с улыбкой смотрит на него. "Не бойся, не сопьюсь!" Лена работает на строительстве железной дороги. А Саша учит танцам. Она не может представить, что Саша преподает танцы. А он не может представить, что Лена таскает шпалы… Но она пока довольна. Ведь она на свободе, а таких, как она уже всех давно арестовали. Лена рассуждает, что наверняка их судьбы – это расплата за грехи отцов, которые построили новую жизнь на крови. Саша возражает, что виноваты такие, как он или ее отец – коммунисты, которые не смогли удержать лавину революции в рамках. А вот она, да вообще все матери, дети, родители – они ни в чем не виноваты. Начинали революцию идеалисты, а заканчивают подонки, которые этих идеалистов уничтожали, и продолжают уничтожать. Мы это видим. Мы должны выживать. Глеб берет кларнет и начинает играть грустную мелодию. Саша утешает Лену, что потом начнется какая-то другая жизнь. А сейчас она должна выживать ради этой жизни, ради себя и ради Ванечки. Мелодия звучит, и Саша приглашает Лену на танец. Они начинают двигаться под музыку, Глеб, играя, подходит к ним, они все обнимаются и продолжают танцевать.
    Ребята сажают Лену в коляску, запряженную лошадью, и отправляют, как принцессу, домой. Глеб даже вскакивает на подножку и некоторое время едет рядом, продолжая играть на кларнете. Потом Глеб возвращается к Саше и делится впечатлениями: "Лена очень красивая. Она ведь тоже из тех, за которыми не приударяют, а на которых женятся?" "Жениться хочешь?" "Хочу…"

    Варя и Саша говорят по телефону. Он сообщает ей, что встретил знакомую с "левантийским профилем". Варя довольна, просит передать ей, что с Иваном Ивановичем тоже все хорошо. А еще Варя едет в командировку в Казань. Саша обещает к ней приехать. Варя страшно рада. Они даже могут встретиться в ее гостиничном номере. "И еще запомни: я очень тебя жду. И еще запомни, Саша: я люблю тебя. Очень." "Ваше время истекло!" Саша вешает трубку…

    Сталин, подперев щеку рукой, смотрит на большом экране фильм с Чарли Чаплином. Смеется по-стариковски, смех переходит в кашель. Рассуждает, что его отец так же шел на заработки…

    Варю и Сашу не пускают в гостиницу, они очень просят, хоть на часок, хоть полчаса, просто погреться. "Не положено!" Варя просит, это ее жених, он приехал их Уфы. Они тогда просто снимут комнату в их гостинице. Но комнату им не сдадут. Саша просит подсказать, где, в таком случае, они могут снять комнату. Женщина-портье фыркает, что командировочные должны жить в гостиницах. Их выставляют из гостиницы. Портье говорит: "Учти, Иванова, что после 23.00 вход в гостиницу запрещен!" Варя взрывается: "А ты мне не тыкай!!!" Саша утаскивает ее на улицу. Они идут, будто по палубе корабля, Саша пытается открыть все двери, которые попадаются на пути. Стучат в окошко ресторана, просят пустить погреться, но их снова прогоняют, ресторан закрыт. Варя снова разбушевалась, и Саше опят пришлось ее оттаскивать от дверей. Они завернули за угол, Варя начала спускаться по деревянной лестнице, но Саша остановил ее, перетащил назад через перила и стал очень страстно целовать и обнимать. Теперь они уже "катятся" по этой палубе, обнимаясь и все пытаясь открыть хоть какую-то дверь, в порыве страсти даже разбивают несколько стекол. Наконец им повезло, одна из дверей оказалась открытой. Они просто упали в проем, продолжая целоваться и обниматься в бешеном темпе, параллельно раздевая друг друга. Наконец, прижались в угол, Саша успел уже снять верхнюю одежду… и тут входит один из служащих со словами: "Так, вот вы где?! Ну-ка, быстро уматывайте отсюда!!!" Саша повернулся к нему лицом, отпустил Варю. Она присела, облокотившись на стену. Мужик пошел вызывать милицию, а ребята сидят молча. Саша с безумным выражением лица, Варя просто плачет, оба расстроенные, помятые и в помаде. "Я приеду к тебе в Уфу!" "Нет!" "ДА!!!" Он улыбнулся и обнял ее. Варя вырвалась и они вышли из помещения, собрав свою одежду.

    0

    15

    15 серия
    1940 год, Уфа
    Саша проводит занятие, к нему подходит Глеб и сообщает, что арестован Мишка Каневский, Уфу подчищают. Саша говорит, что надо после занятия проведать Лену, но Глеб тянет его сейчас, ночью могут переполошить весь барак. Они отпрашиваются у Семена Григорьевича и уходят.

    Ребята вызывают из барака Лену, отводят ее в сторону и рассказывают, что в Уфе начались чистки и ее это может коснуться. Она возражает, что их не тронут, дорога-то еще не достроена. Но не будет же она просто дожидаться ареста! Ей надо уехать. Глеб предлагает уехать в Калинин, они там распишутся, у нее будет другая фамилия и ее не найдут. Лена боится, что ее все равно найдут, но тогда пострадает еще и Глеб. Саша объясняет ей, что уехать – это ее единственное спасение, она должна подумать о сыне. Вот если бы он в свое время послушал соседа и уехал, то не был бы сейчас здесь с судимостью. "Не повторяй мою ошибку! Вспомни историю Нины!" Лена отвечает, что он и Нина были свободными людьми и могли ехать куда хотели, а она если уедет, то ее все равно найдут и будут судить, но уже не просто как члена семьи врага народа! Глеб берет ее за руку: "Лена, ты не понимаешь. Я делаю тебе предложение. И еще даю свободу." Лена грустно смотрит на Глеба, говорит: "Со мной ты ее лишишься," – и забирает руку. Это очень страшно – жить и ждать, когда за тобой придут или за твоим близким человеком. А ей уже все равно – этот барак или лагерный. Саша жестко спрашивает, неужели сын ей тоже безразличен? Чего же она боится? Ее не арестовывали, не судили, срок не давали. Она свободна, она выйдет замуж, получит другой паспорт и все будет хорошо. Она соглашается, но хочет взять вещи. Глеб ее не пускает, но она все равно идет к бараку, чтоб взять хотя бы документы. Не успевает даже подойти к дверям, как появляются солдаты. Ищут Будягину Елену. Ей придется пройти с ними. Лену отправляют за вещами. Глеб порывается бежать за ней, но Саша его держит, все равно ей сейчас ничем не поможешь.
    Саша стоит у забора. Глеб начинает трясти его: "Саня, надо что-то делать!!!" – но Саша не реагирует. Он думает о чем-то… Глеб хочет пойти в НКВД и сделать запрос от имени брата. Саша разумно советует ему не лезть в родственники к Будягиным. Тогда Глеб представится ее женихом. Надо узнать, здесь ли она еще. Тогда Саша предлагает просто принести ей передачу. Если примут – значит, она еще здесь.

    Глеб заполняет анкету и в графе "Степень родства" пишет "брат", потому, что от жениха могут и не принять. Саша возражает, но Глеб поступает по-своему. Бумаги забирают и начинают внимательно читать, проверяя что-то по своим спискам. Саша говорит, что они точно что-то заподозрили, списки проверить дело одной секунды. Тянет Глеба к выходу, но его уже окликают: "Дубинин! Ваш паспорт!" Саша отвернулся и шепчет, чтоб тот не давал паспорта. Но Глеб, как под гипнозом, отдает свой паспорт. Саша шепчет, что надо уходить. Но Глеба уже тащат в кабинет, закрывая двери. Сашу начинают выгонять, он пытается остаться, говорит, что они вместе работают, это его товарищ… Но его выталкивают и закрывают перед носом дверь. Из-за двери слышен крик: "ГЛЕБ!!!"
    Саша медленно спускается по лестнице, садится на ступеньку и прижимается головой к перилам. Выражение лица описать невозможно, здесь страх, отчаяние, бессилие, он просто оглушен болью… Он закрывает лицо руками и плачет.

    Семен Григорьевич продолжает занятие, приходит Саша и говорит, что Глеб и Лена арестованы. Семен говорит, чтоб Саша уезжал, он поможет ему взять все справки с работы. Саша советует ему тоже уехать, Уфу чистят… Учитель протягивает ему бубен и кларнет Глеба. Саша скорбно ударяет в бубен и говорит, что инструменты останутся у Семена. Уходит сквозь строй ребят, которые молча смотрят ему вслед.

    Варю отчитывает парторг, женщина "коммунистической" внешности. Варя не ходит на лекции и митинги, она прикрывается институтом. А еще она много всего антисоветского и антикоммунистического говорит. И подписалась на трехнедельную зарплату по облигациям, хотя все подписаны на месячную, а она так вообще на двухмесячную. Но Варя не собирается отдавать свои деньги государству! "Вы богаче меня, вы старший инженер, а я простой техник!" Да, она старший инженер, ее муж тоже старший инженер. А вот муж Вари осужден за мошенничество. Варя звереет: "У меня НЕТ мужа! И никогда его не было! А с кем я сплю никого не должно касаться. Я же не спрашиваю, с кем спите вы, и спит ли кто-нибудь с вами!" Парторг обещает, что Варе дорого обойдется этот разговор, ей припомнят все: и осужденного мужа, и ссыльного троцкиста, с которым она встречалась, а теперь переписывается. Они сильнее ее. Но Варя запомнит их угрозы, и они ей за них ответят!

    Варя пишет заявление об уходе и отдает его Игорю Владимировичу. Тот говорит ей, что это ничего не изменит. Варя нервничает, она выйдет замуж за кого-нибудь и уедет подальше. Но на каждого человека, на них всех заведены личные дела со всеми сведениями и компроматом. Папки эти передаются на другое место работы. Она не скроется от этих людей. У нее есть единственный выход: выйти за него замуж, сменить фамилию и к ней уже не посмеет никто приставать. Он делает ей предложение, и завтра же они могут зарегистрироваться. После Нового года он будет работать в другой мастерской, куда устроит и ее. Варя сомневается, она загнана в угол. Но улыбнулась и обещала подумать.

    Варя дома складывает вещи в чемоданчик, гладит подол надетого на ней платья, поправляет прическу и уходит.
    На неизвестный вокзал приходит поезд. Из вагона вышел Саша, прошел в зал ожидания, присел на сиденье и, глядя н отъезжающий поезд, задумчиво декламирует:
    Вот наш Онегин на свободе,
    Острижен по последней моде,
    Как денди лондонский одет –
    И, наконец, увидел…
    Читает табличку:
    … выход на платформу…
    Примостился поудобнее и закрыл глаза.
    Мимо той же платформы едет поезд в противоположном направлении, у окна стоит Варя…
    Саше снится сон, что они с Варей работают кочегарами на паровозе.
    Он просыпается утром, видит, как на улице двое мужчин пытаются завести грузовик. Подходит к ним, исправляет что-то, машина заводится. Те приглашают его работать с ними. Кроме зарплаты еще паевые и командировочные. Живут в городе. "А в каком городе?" "В Рязани." Сашу садят за руль и они уезжают.

    Варя приходит на танцевальное занятие и спрашивает у Семена Григорьевича о Саше. Он выводит ее в круг танцующих, вальсирует с ней и рассказывает, что Саша уехал три дня назад, куда именно - неизвестно. Его одноклассницу арестовали. Варя в шоке: "Лену Будягину?" Да, в нее еще был Сашин приятель Глеб влюблен. Они пошли в тюрьму и его тоже арестовали. Саша чудом уцелел. Варя хватается за голову, она не может осознать все произошедшее. Ее мысли далеко. Об этом говорят ее жесты: она ставит руку перед лицом, разводит пальцы и снова вспоминает приглашение на танец и первый Сашин взгляд из кабины грузовика в Калинине. Семен Григорьевич берет ее за руку, снова кружит в вальсе… Но она забирает свою сумочку и убегает. Пары продолжают кружиться…

    1941 год.
    Нина с девочкой на руках, Макс и Ваня заходят в арбатский дворик. Нина кричит дочке: "Маринка, мы дома!!!" Макс задерживается на улице, а Нина с детьми идет домой. Варя очень рада их видеть, Нина тоже счастлива оказаться дома. Рассказывает, что Макса отправили учиться в академию, им даже общежитие дали в Химках. Варя возражает, какое может быть общежитие, когда Нина прописана в этой квартире?! Нина не думала, что ее отсюда еще не выписали… Но она плохо знает Варю! А дома все как раньше, ничего не изменилось… Входит Максим, за ним следом – Игорь Владимирович с цветами. Все целуются, обнимаются, знакомятся. Игорь предлагает пойти всем в ресторан, чтобы познакомиться поближе, но Нина резонно предлагает остаться дома, у них же дети, с ними в ресторан не пойдешь. Позже вся дружная семья сидит за столом. Нина и Макс рассказывают, что, как оказалось, Макс и Жуков из одной деревни и Жуков его даже помнит. Игорь рассуждает о возможности войны. Но Нина не настроена на грустный лад, она предлагает всем потанцевать. И вся семья танцует сначала парами, потом объединяясь в один большой хоровод.

    Нина вынимает из детской ручки Варин камень и отдает его ей. Дети уснули. Сестры разговаривают о прошедших событиях. Нина нежно обнимает Варю. Варя рассказывает, как она уволилась, сидит дома, пишет диплом. Нина спрашивает, почему она не вышла за Игоря. Он такой весь положительно замечательный… Но Варя любит Сашу. Нина смеется: Варя как ребенок. Вроде бы и выросла, стала уже такая взрослая… а все мечтает. Вот у них с Максом тоже все было непросто, но сейчас у нее есть семья, есть дети, она знает, что такое любовь. Ей хорошо. Варя улыбается: а ей хорошо, что Нине хорошо.
    Сталин смотрит хронику парадов в Германии. Ему Жуков принес последние донесения о будущем нападении Гитлера. Командующий Западным округом дает уже третью телеграмму с предупреждениями и просит разрешения выставить войска на боевые позиции. Жуков уже даже подготовил директиву. Но Сталин не хочет ничего слушать. "Никакого нападения не будет, мы будем с ними дружить."

    Рязань.
    Из динамиков слышен известный всем голос: "Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра без объявления войны германские регулярные части атаковали наши границы, подвергли бомбежке наши города…" Отовсюду бегут люди. У всех на устах одно слово: "Война!"
    Объявлена мобилизация. Саша и другие шоферы на автобазе получают спецодежду. Оружия пока нет, военной формы тоже. Ответственный замечает, что у Саши 11-летний опыт вождения. Спрашивает его про образование. Высшее неоконченное, ушел с четвертого курса по семейным обстоятельствам. Его назначают на должность помощника по технической части. Он будет принимать машины перед их отправкой на фронт.

    Саша в новой должности. Он не станет принимать машины с севшими аккумуляторами, лысой резиной, неработающие тормоза. Он не может принять такие машины. Но других им никто не пришлет! Саша предлагает снять шоферов со строевой подготовки и пусть каждый займется своей машиной. на которой он поедет на фронт. Капитан соглашается. И отправляет Сашу и старшину в Москву, получать машину технической помощи. Приказывает выдать Саше командирскую одежду.

    Лена сидит перед НКВД-шником. Выглядит очень измотанной, лицо пожелтело. Ей сообщают, что просьбу отправить на фронт переводчиком удовлетворяют. Она владеет свободно английским, немецким и французским языками. Откуда такие познания? Лена рассказывает, что они семьей когда-то жили по нескольку лет в Англии, в Германии, во Франции… Следователь сообщает, что для нее есть письмо от матери. Вынимает и кладет его на стол. Лена резко поднимается и берет его в руки, она в шоке. Ее мать жива? Где она? А отец? Он расстрелян? Нет, отец умер в тюрьме от сердечного приступа. Предлагает ей сесть и начинает выдавать информацию. Спрашивает, кто для нее Виктория Марасевич. Лена отвечает, что знакомая, сестра одноклассника. Так вот, она живет сейчас в Лондоне, ее муж ближайший соратник генерала де Голля. Он им очень интересен. Так что придется Лене снова с ней подружиться. Ее сейчас отвезут на квартиру, обеспечат литературой. Остальное зависит от нее.

    Жуков и Сталин склонились над картой, Жуков рассказывает ему положение вещей. Им необходимо оставить Киев и перейти на правый берег Днепра. Иначе немцы смогут подойти близко к Москве и 100 тысяч солдат в Киеве попадут в плен. Сталину такой поворот не нравится. Что значит оставить?! Как ему пришло такое в голову? Жуков разговаривает резко, он уверен в своей правоте и не боится Сталина. Если Сталин считает, что он способен молоть чепуху, то ему здесь нечего делать. Сталина это очень веселит. Жуков настоятельно просит освободить его от должности начальника Генштаба и послать на фронт. Там он, видимо, принесет больше пользы стране. Сталин отвечает: "Ничего, обойдемся без вас. Будет надо – я вас вызову." Жуков уходит, а Сталин диктует своему секретарю телеграмму для Хрущева в Киев: "Предупреждаю вас: как только вы сделаете хоть один шаг войск на левый берег Днепра, вас ждет суровое наказание, как трусов и предателей."

    Варя прибежала домой, она в военной форме и пилотке (очень симпатичная!). Начинает укладывать чемодан. Говорит Нине, что едет на фронт. Нина читает письмо от Макса, его поставили командовать дивизией. Варя шутит, что скоро Нина генеральшей станет. Но Нине главное, чтоб Макс живым вернулся… Спрашивает у Вари, куда та собирается. Варя повторяет, что едет на фронт, строить оборонительные сооружения. Но Нина будто не до конца понимает ее. Она загадочным голосом просит отложить отъезд на пару дней, вот-вот должен приехать Саша, ей Софья Александровна сказала. Нина радуется и не замечает, что Варе совсем не так весело… Она продолжает укладывать чемодан. Снимает со стены фотографию Саши, забирает камень… Нина приносит ей кофту и замечает, что что-то не так. "Ты чего?!" Варя тихим голосом говорит, что получила назначение, она едет на фронт. Прямо сейчас. Ее ждет машина. До Нины, наконец, доходит. Она бушует: "Ну, почему ты? Ты как всегда! Вот Шарок и Марасевич не пойдут воевать, а ты пойдешь!" Нина срывается на плач: "Неужели нас всех, все наше поколение выбьют?" Варя берет в руки ее лицо: "Я тебе обещаю – не выбьют! Кто-нибудь останется… Мы еще с тобой поживем!" Сестры плачут, обнимая друг друга…

    0

    16

    16 серия
    1941 год.
    Саша едет в Москву. Он за рулем, рядом сидит старшина. У Саши хорошее настроение, он поет про цветок душистых прерий. Оборачивается на старшину, тот на него смотрит снисходительным взглядом. Саша замолкает и обращает все внимание на дорогу. Старшина улыбается за его спиной.
    Саша входит в свою квартиру, дверь почему-то открыта. Из комнаты мамы слышны голоса, она с Ниной болтает о детях, они смеются. Саша тихо проходит в свою комнату, берет тарелку, ставит на него две банки своих консервов, буханку хлеба, накрывает полотенцем… На столе лицом вниз лежит фотография. Саша поднимает ее, чтобы поставить, как следует. Это фото Сталина. Саша недолго думает и кладет его на прежнее место лицом вниз…
    Софья Александровна с Ниной обедают, поднимают тост за детей Нины. Тут резко открывается дверь Сашиной комнаты, выходит сам Саша и громким голосом объявляет: "Десерт. Консервы. Хлеб. А у вас тут что?" Женщины не могут вымолвить ни слова, только смотрят на него, как на привидение. Он открыл кастрюлю, подвинул себе стул, накладывает еду в тарелку: "Три дня не ел. Вру – четыре!" Садится, начинает кушать. У Нины и мамы глаза по-прежнему навыкате. Саша протягивает руку Ваньке, сидящему у его мамы на коленях: "Саша!" Тот в ответ тоже тянет ручонку: "Ваня!" Саша улыбается и берется за ложку,.. и тут до них доходит: "Сашка!!!" Обе набрасываются на него, обнимают и целуют. В замедленных кадрах мы видим Сашу и маму, они прощаются перед его уходом в ЦКК; они обнимаются, когда его арестовали; снова объятия – прощальные, перед ссылкой; опять объятия – после возвращения он уткнулся маме в колени… И вот он веселый, в военной форме, обнимает Нину и маму. Мама интересуется, надолго ли он. Нет, завтра уже уезжает. Спрашивает, где Варя. Нина не знает, как сказать… Ну, Варя работает на строительстве оборонительных сооружений, она теперь капитан… Нина срывается и плача говорит, что она вчера уехала на фронт. Саша в шоке, он снова берет в руки ложку, потом ее бросает…

    Авторота отправляется за грузом. Старшина едет в первой машине, Саша в замыкающей.
    Варя стоит на проселочной дороге с еще одной женщиной. Они ждут, пока водитель починит их грузовик. Варя рассказывает шоферу, что у нее тоже есть знакомый военный шофер. Саша Панкратов. Может, слышал про такого. Нет, он не слышал… На машине лежит автомат. Варя тянет к нему руку, но шофер просит быть осторожнее. Женщина подзывает ее к себе и советует на время выкинуть из головы все романы. На войне все мужья временные…
    В небе летят немецкие бомбардировщики. Ребята падают в траву, но Варя хватает автомат и начинает палить по самолетам. Ее еле оторвали от оружия и просто бросили в траву. Тут же бомба попадает в едущий по полю танк. Он взрывается, самолеты летят дальше. Машина едет мимо танка, внутри ее женщина еле удерживает Варю, он рвется к танку, там могут быть раненые. Та ее успокаивает, объясняет, что в живых никто не остался…

    Авторота делает привал возле какого-то старого разрушенного здания, возможно, что когда-то эти руины были красивым домом. Командир слушает по рации задание и рассказывает дальнейший план действий Саше. Они должны проехать в Скопин и загрузиться там оружием, обмундированием и едой. Но его знакомый сообщил, что в Скопине немцы. Однако, когда он передал эту информацию в штаб, там ответили, что никаких немцев в городе нет, и они должны ехать на загрузку. Они должны исполнять приказ командования. Вот так вот, начальству главное галочку поставить, что приказ выполняли. А что всех убьют – так, извините, война… Счет погибших уже давно идет на миллионы, что им какие-то несколько человек! Параллельно с разговором командир расставляет часовых. Завтра в 6.00 они выезжают. Санитарка спрашивает у Саши, куда же они поедут теперь. Саша передает ей приказ командира. Внезапно все прячутся по кустах и за старыми колоннами. По дороге на мотоциклах едут немцы. Проехали, их не заметили.
    Командир подзывает Сашу и говорит, что их задание невыполнимо. Ехать вперед – обречь людей на смерть. Повернуть назад – попасть самому под трибунал. Но лучше пострадает он один, чем всех ребят убьют. Командир решает ехать назад. Саша же рассказывает ему, что есть другая дорога, они тут были на практике в институте. Там грейдер построили, потом бросили. Дорога недостроена, на карте ее нет, но ехать там можно. Подсчитывают, что им около двух ночей пути.
    Тут на поляну к ним выходят трое солдат. Это не их разведка, командир просит предъявить документы. Настороженно смотрит на них. Они рассказывают, что отбились от своих, идут на юг. ( от автора: похоже, что дезертиры…) Возвращается разведка, несут большой бидон щей и рассказывают, что на полустанке немцев нет, но и вагонов тоже нет. Командир дает приказ всем кушать щи, пока горячие. Рота кушает, трое новоприбывших уходят… Командир берет воентеха, они идут проверять дорогу, остальные расходятся по машинам. Как только командир выходит за ворота и поворачивает за угол, раздается взрыв... Воентех контужен, командир погиб.

    Саша принимает командование на себя. Ночью они выезжают, Саша едет в головной машине. Уничтожать машины они не будут, у них есть возможность выбраться.
    Машины благополучно едут по дороге какое-то время, но затем останавливаются. Дальше дорога размыта, проехать практически невозможно. Однако Саша находит решение: они поедут задним ходом, таким образом ведущие колеса окажутся впереди и протащат машины через этот участок. Машины одна за другой, медленно, но дружно минуют опасный участок дороги.
    Вот они едут уже по хорошей дороге, заезжают на мост. Саша практически засыпает за рулем. У него в глазах какой-то свет. Ему видится, будто на мосту стоит Варя в военной форме и пускает зайчиков камнем. Улыбаясь, она подходит к машине. Снова рука перед лицом и лукавый взгляд сквозь пальцы… Саша поднимает руки к своему лицу, смотрит сквозь пальцы… на камень, который "сидит" у него в центре руля.

    Бойцы спят вповалку. За стеной слышны голоса. Генералу Армии докладывают, что из 11 дивизий воевать могут лишь 4, нет оружия, обмундирования, транспорта. Генерал говорит, что в селе видел автороту. Как они сюда попали, кто прячет машины? Нам показывают говорящего. Это Георгий Константинович Жуков. Он приказывает выяснить все обстоятельства этого факта и наказать виновных, если они есть.
    Один из офицеров будит спящих и спрашивает, кто их командир. Саша докладывает, что командира убили, помощника ранили, он сам руководил всеми. Сашу уводят.
    В штабе Жукову командиры показывают на карте дислокацию противника и позиции наших войск. Среди офицеров – Максим Костин. В этот момент в комнату заводят Сашу. Максим не сводит с него глаз. Офицер докладывает, что командира автороты нет, ими командовал вот этот красноармеец, и куда дели начальство не признается. А то, что всех их убили очень подозрительно! Саша докладывает, что он выводил автороту из окружения. Командир их погиб. Жуков интересуется, кто поручил ему выводить роту из окружения? Саша поворачивает голову и видит Максима… Жуков повторяет свой вопрос. Саша очнулся и ответил, что поручила Родина. И шоферы поручили. Максим объявляет, что может поручиться за рядового Панкратова. Рота ведь вышла из окружения, и это заслуживает только похвалы. А Сашу он знает давно, они соседи и одноклассники. Жуков оттаивает: "Тоже арбатский?" Спрашивает, как же они вышли из окружения. Саша рассказывает про грейдер и рисует его на карте. Жуков замечает, что Саша умеет пользоваться картой. И к тому же про дорогу знает из институтской практики… Спрашивает об образовании. Отчитывает офицеров, что в войсках полное отсутствие военных инженеров, а Панкратов ходит в простых шоферах! Просит у офицера, приведшего Сашу его красноармейскую книжку. Читает и параллельно отдает приказ сделать запрос в институт о Сашином образовании и составить аттестацию на его назначение военным инженером 3-го ранга. Саша благодарит. Жуков шутливо обращается к Максиму и просит научить одноклассника обращению в армии. До Саши доходит: "Извините. Служу Советскому Союзу!" Жуков отдает документы со словами: "Когда служат, можно и без "извините". Саша и Максим переглянулись, Максим улыбнулся.

    Сталин сидит за столом, сгорбленный, голова опущена. Ему принесли личный пакет от Жданова. Он просит секретаря прочесть. Тот читает листовку, в которой сказано, что сын Сталина Яков Джугашвили сдался в плен, потому что всякое сопротивление германской армии бесполезно. Также в письме записка: "Дорогой отец. Я в плену, здоров, скоро буду отправлен в один из офицерских лагерей в Германии. Обращение хорошее. Привет всем. Яша." Сталин забирает бумаги, смотрит на листовку с фотографией сына, идущего под конвоем. "Яша… Мерзавец… Сукин сын… Струсил!" Отдает приказ подготовить спецотряд для захвата и ликвидации лагеря. Секретарь уходит. Сталин своими скрюченными пальцами сминает листовку… Потом расправляет, берет кусок метеорита и начинает им разравнивать бумагу, водит им по фотографии и… плачет.

    Юра Шарок сидит в кинотеатре, по экрану шагают солдаты на параде. Вид у Юры совсем нехороший, он практически лежит на впереди стоящем кресле. Ему явно не до фильма. В зал заходит его отец, оглядывается в поисках сына и пробирается к нему. Не шее поверх костюма висит портновский сантиметр. Садится рядом с Юрой, и они обнимаются. Отец рад, что Юра вернулся. Да, его вернули. Разговаривают шепотом, но все равно на них периодически "цыкают". Отец не понимает, что делается вокруг, они всю жизнь трепетали перед Красной Армией, а армия эта бежит от немцем… Юра убитым голосом сообщает, что ему конец, его, наверно, арестуют. Всю их команду погубили. Отец переживает, зачем же он вернулся. Юра, снимая с него сантиметр, объясняет, что бежать ему некуда, они его везде найдут. Пулю в затылок и концы в воду. А так хоть надежда есть. (От автора: впервые Юрий Шарок испытал на себе тот страх, что испытывали мучимые им люди…) Он пришел попрощаться с отцом. Они обнимаются, несчастный отец не верит в происходящее. Юра целует отца, просит не ходить за ним и выходит из зала.
    Юра идет по улице и курит. Его окликает девушка и просит прикурить. Она подходит к самому краю дома и прислоняется к стене. Юра достает спичку, она прикуривает. Только он собирается отходить, как ей делается дурно, она падает, как бы скатываясь за угол дома. Юра подхватывает ее. За углом видна мужская фигура. Как только Юра появляется из-за стены, фигура оживает и бьет его ножом в живот. Юра кричит, мужчина с девушкой быстро уходят. Он встает, держась за правый бок, смотрит им вслед и из его горла вырывается полусмех-полуплач. Он идет вдоль длинной грязной стены, вокруг ни души. Падает, снова поднимается, идет, ползет… Затем он снова падает на дорогу, но больше не встает… (От автора: мне его было даже жалко…)

    1943 год.
    Нина в десятый раз читает засыпающему Ване письмо от Вари. Она рассказывает о работе, пишет, что все время думает о Саше… Приходит Софья Александровна, у нее тоже письмо, от Саши. Он передает приветы всем друзьям. Для него сейчас исчезло все, что было, остались счастливые воспоминания, когда 10 лет назад Нина ругала Варю за то, что та показывала ему свои шпаргалки, как она приглашала его на каток. Ничего не сбылось из того времени. Но у них еще все впереди… Нина мечтает, чтобы Саша с Варей встретились. А, может, они уже встретились?

    Саша заходит к Максу и весело интересуется, зачем его вызвали. Макс сообщает, что Варя здесь. Саша моментально становится серьезным. "Где здесь?!" Макс рассказывает, что она в госпитале, ранена была, сейчас уже все хорошо, ее отправляют в Москву долечиться. Он должен забрать ее и посадить на санитарный поезд. Но у него очень мало времени, скоро там будут немцы. Саша смотрит на карту и обещает успеть. Пулей вылетает из кабинета и мчится в госпиталь. Забегает в здание, останавливается возле лестницы, смотрит наверх… и видит на последнем этаже Варю, разговаривающую с медсестрой. По Вариному лицу начинает прыгать солнечный зайчик. Варя смотрит вниз… "Саша…" Она медленно спускается на один пролет, все время глядя ему в глаза. Он не отрывает взгляда от нее и улыбается своей фирменной улыбкой. Варя вдруг срывается с места и убегает наверх. Саша взлетает за ней, бегает по этажу, открывая все палаты, и ищет ее. А Варенька сняла со стены огромное зеркало и, бегает из одной палаты в другую, прячась от него. Подгадав момент, запустила ему в лицо громадного зайца. Саша стоит в коридоре, купаясь в этом свете и улыбается ей, говоря притворно строго: "Варя!" Варя веселится, и в этом веселье вся она. Саша зашел в палату и только наклонился, чтобы поцеловать ее… Мимо проходит медсестра… Саша выпрямляется, рука взлетает к голове:

    - М-м-майор Панкратов!
    Варя давится от смеха, но тоже отдает честь:
    - Ст-тарший лейтенант Иванова!
    Медсестра, усмехаясь, наблюдает за этой сценой. Саша продолжает:
    - Переходите в мое распоряжение!
    - Ладно!
    - Чего "ладно"?
    - А, ну, ЕСТЬ!
    - Марш в машину!
    - Куда?
    - В МАШИНУ! (шепотом) Ну, отвечай что-нибудь!
    - Есть! – пискнула Варя и, уходя, выдохнула:
    - Здравствуй, Саша!

    Они едут в машине. Саша спрашивает, куда ее ранили. В ногу. Кость не задели, но шрам останется. Показывает рану. Саша смеется, что под платьем-то не видно. Варя возмущается, скоро будут носить платья вот такие короткие! Вспрыгивает на сиденье и демонстрирует, какие же короткие будут платья. Саша вспоминает, как она ему шпаргалки показывала, а потом с Ниной ругалась… Она ему потом каждую ночь снилась: шпаргалки, ковбои… Они начинают петь "Цветок душистых прерий…" Саша обнимает ее, она тут же запрыгивает к нему на колени, берет руль в свои руки. Они поют, машина едет не совсем по прямой, но на дороге умещается… Выезжают на поляну, окруженную каменным забором с колоннами, старым, почти разрушенным домом, также очень напоминающим чье-то забытое и разоренное поместье. Машина останавливается в центре этого "внутреннего дворика". Саша "вынимает" Варю из кабины, они обходят машину, он откидывает борт кузова. Варя, тем временем, осматривает местность… и вдруг кричит: "САША!!!" Эхо повторяет это имя. Саша оборачивается к ней и включается в игру: "ВАРЯ!!!" Они залезают на крышу машины и продолжают на весь лес "звать" друг друга…

    Пока Саша открывает консервы, Варе приходит в голову мысль закопать их камни на этом месте. Тогда после войны им будет куда вернуться. Саша берет лопату, и она начинает выбирать место для закапывания. Нужно копать в самом центре. Командует ему сделать шаг вправо, потом влево, потом три вперед, два назад… Саша весело шагает, прыгает, дурачится. "Всё, копай!" В маленькую ямку ложатся два одинаковых камня, Саша бережно засыпает их землей. Варя подходит к нему со спины и объявляет: "Белый танец". Они начинают неловко топтаться друг другу по ногам в своих тяжелых сапогах. Тогда Саша прижимает Варю к себе и отрывает ее от земли. И вот они красиво кружатся по поляне, глядя друг на друга с такой любовью… Потом Саша берет Варю на руки и они продолжают кружиться в замедленных кадрах…
    Саша аккуратно "сгружает" свою ношу в кузов машины, и сам залезает у ней. Они смотрят друг на друга сквозь пальцы и улыбаются…
    А вдоль забора идут немецкие солдаты и видят одинокий грузовик на поляне…
    Саша и Варя тянутся руками к лицу друг друга, очень нежно прикасаются, целуют любимые руки, и Саша увлекает ее на дно кузова…
    Далее все, что мы видим, кроме солдат, идет в замедленном темпе…
    Вот они бегут, обнявшись, по заброшенной пристани в Казани, находят одну открытую комнату, проваливаются в нее, страстно целуясь и обнимаясь…
    Солдаты занимают огневые позиции и прицеливаются. Раздаются первые выстрелы…
    И вот испуганное лицо Вари, когда в их убежище зашел смотритель и приказал убираться….
    Выстрелы продолжаются; машина уже похожа на решето, но они стреляют и стреляют!!!
    Вот испуганно повернулся Саша… Но в дверях уже никого нет. Виден только серый зимний вечер…
    Солдаты опускают автоматы, стрельба прекращается…
    Но мы видим Варю и Сашу на вокзале в Калинине, они присели на мосту возле забора… Вот Саша под струями воды, почувствовавший свободу после трех лет ссылки… Вот Варя бежит по двору, танцуя румбу… И с ней вместе танцуют Саша, Лена, Юра, Максим, Нина, Вадим, Вика, Зойка… Энергично двигаются Вадим с Викой… Плавно и красиво ведет в танце Лену Юра Шарок… Весело зажигают Максим и Нина… Саша танцует с мамой… Стреляет шампанское на Новый год… Варя мечется по вокзалу, а Сашу уводит конвой… Варя обнимает Сашу в кабине машины во время их первой встречи после долгих лет… Саша сгребает ее в охапку на пристани…

    Посреди поляны стоит горящий грузовик. На дне кузова, обнявшись, лежат Саша и Варя… От машины почти ничего не осталось… Но это "ничего" превращается в яркую вспышку, - и мы видим всходящее над планетой солнце, которое превращается в падающую звезду, она летит и озаряет небо своим хвостом…

    КОНЕЦ

    0


    Вы здесь » Tv novelas и не только.Форум о теленовелах » Сериалов России » Дети Арбата (2004) - Россия